Ильдару Халикову не помешала бы порка

НА КАМЧАТКЕ УСТАНАВЛИВАЮТ НОВЫЙ АНГИОГРАФ , А ОН НУЖЕН И КУДА ЕГО «ПИХАТЬ» ТО БУДЕМ???

В декабре 2018 года Министр здравоохранения и правительство края решили бороться с сосудистыми заболеваниями. Единственным реально действующим лечебным учреждением, в котором возможна организация такой «борьбы» является многострадальная краевая больница, на базе которой расположен региональный сосудистый центр. Федеральный бюджет  деньги выделял , осталось придумать, как его «освоить». Что же такого купить чтобы с сосудистыми заболеваниями бороться? Никого не спросив, и не желая слушать мнения специалистов, которые собственно и борются с этими заболеваниями, круглосуточно спасая жителей Камчатского края от инфарктов и инсультов было принято решение о приобретении оборудования. Министр рапортует – скоро в региональном сосудистом центре будет второй «ангиограф», «прихвостни» ликуют, специалисты РСЦ разводят руками, а в правительстве руки потирают. Зачем нам, Елена Николаевна ещё один ангиограф?

Елена Сорокина на всех совещаниях в правительстве и своем кабинете постоянно вкладывает в головы слушателям мысль – нам нужно увеличивать охват населения плановыми коронарографиями. Все разинув уши слушают, внимают, с умными видами кивают головами, ничего не понимая, что это такое. И не мудрено. Многие врачи то не знают что это такое, не говоря уже о чиновниках. Та же Марина Владимировна Волкова, зам.министра  видимо  понятия не имеет что это такое, за то с умным видом выступает на селекторах и совещаниях, вещая про эту самую коронарографию.

Коронарография – инвазивное вмешательство на сосудистой системе сердца. По сути – это малотравматичная операция на артериях, кровоснабжающих сердечную мышцу. Для этой операции нужна специально оборудованная операционна и рентгенологическое специализированное оборудование (тот самый «ангиограф» или более упрощённые варианты, так называемая С-дуга). Коронарография производится как в экстренном порядке у пациентов с острыми формами ишемической болезни сердца – инфарктом или нестабильной стенокардией, так и в плановом порядке, у больных которые имеют симптомы хронической ишемической болезни сердца и не требуют неотложных мероприятий. Во время коронарографии хирург определяет уровень и степень поражения артерий сердца, и если это экстренная ситуация – тут же приступает к лечению – установке стентов в поражённые участки сосудов.

Если ситуация плановая – больному позднее выполняется плановое стентирование или назначается терапия, если показаний к дальнейшим вмешательствам нет. Кстати сказать, многие больные не знают, что это вмешательство имеет определённые риски.

В плановом порядке смертность от такого вмешательства может достигать 1 случая на 1000 вмешательств. Поэтому бездумное назначение этой процедуры и необоснованный «широкий» охват коронарографиями может привести к никому не нужным смертям больных.

Подход к этому вмешательству должен быть максимально серьёзным. В реалиях Камчатки это не так.

«Вам там контраст введут, полежите на столе и всё, сосуды проверите» говорят кардиологи в поликлиниках и кардиодиспансере, направляющие пациентов на эту процедуру в сосудистый центр.

Кардиологи, которые даже не видели как это происходит. Показания к направлению на коронарграфию часто не обоснованы.

А вот теперь самое главное и об этом говорит статистика сосудистого центра – на более чем 70% исследований поражения сосудов сердца не выявляется вообще!!!!!!

Между тем, нормальный показатель, в развитых странах не достигает и 30%. Потому что на эти процедуры проводится тщательный отбор. Но не на Камчатке.

Все послушно выполняют волю министра Сорокиной.

Которая кстати говоря до своего назначения (по имеющейся информации личный кардиолог губернатора между прочим) на министерское кресло, долгое время руководила кардиодиспансером.

Тем самым, из которого в сосудистый центр регулярно и бездумно каждый день направляются больные для проведения коронарографии. Зачем министр Сорокина так требует выполнения большого количества плановых коронарографий? Давайте разбираться.

Очень важно — данные процедуры и операции в наш век доказательной медицины давно являются предметом детального изучения крупнейших исследований, охватывающих десятки тысяч случаев лечения с помощью коронарографии и стентирования.

Что же говорят современные и общепризнаные исследования, которые ложатся в основу всех локальных и международных клинических рекомендаций – именно тем, чем руководствуются врачи при лечении пациентов?

Во-первых – сам по себе метод плановой коронарографии никакого влияния на сосудистые заболевания не оказывает.

Это диагностическое вмешательство с целью установить  — необходима ли операция на сосудах сердца, будет ли это аорто-коронарное шунтирование («Открытая» операция под искусственным кровобращением) или стентирование (малоинвазивное внутрисосудистое вмешательство под рентгенологическим контролем.

А вот выполненная операция – уже другое дело. Но есть большая загвоздка. Дело в том, что согласно современных представлениях о течении ишемической болезни сердца, основанных на большом количестве крупномасштабных исследований, проводимых в большинстве стран Европы, Америки и Азии, — операция при стабильной (хронической) ишемической болезни сердца в ближайшей и отдалённой перспективе НЕ ВЛИЯЕТ на продолжительность жизни, а только на качество этой жизни.

Это значит, что даже если операцию не сделали, то большинство больных, проживут и без неё, на оптимально подобранной терапии.

Еще это значит, что плановые операции при стабильных формах ишемической болезни сердца ни каким образом не влияют на показатели летальности от сердечно-сосудистых заболеваний, за которые так рьяно пекутся наши чиновники от здравоохранения. Тогда зачем Елене Сорокиной так продвигать идею, что нужно как можно больше делать ПЛАНОВЫХ коронарографий?

Она открыто заявляет на ВСЕХ совещаниях, по поводу борьбы с сосудистыми заболеваниями (имеются ввиду инфаркты и инсульты), что широкий охват плановыми коронарографиями и плановыми стентированиями снизит летальность от сердечно-сосудистой патологии в Камчатском крае!

Это ложь, и она это прекрасно знает, но не знают этого её «разинувшие рты» слушатели. Более того Елена Николаевна открыто на совещаниях и в узких непосвещённых кругах постоянно говорит, что нам нужен ещё один ангиограф, чтобы эти плановые коронарографии делать. Обязательно и во что бы то ни стало он нужен. И вуаля, ангиограф как  повиновению волшебной палочки появляется в программе борьбы с сосудистыми забоелваниями в Камчатском крае, финансируемого из федерального (!) бюджета.

Может что то не хватает в сосудистом центре из оборудования, что нужно прямо сейчас? Все хватает Елена  Сорокина отвечает, только ещё 1 ангиограф нужент.

Между тем – даже первая операционная не обеспечена аппаратом искусственной вентиляции, отсутствует рабочая станция для ангиографического оборудования, сосудистый центр не обеспечен УЗИ оборудованием для УЗИ сердца и сосудов (с 2015 года нет этого оборудования). Аппарат МРТ, подаренный японской делегацией еще в 90-е, давным давно морально устарел. Но он не нужен, говорит министр, и этого нормально хватает.

В настоящий момент в региональном сосудистом центре на вооружении 2 операционных где можно проводить коронарографии – основная оборудована ангиографом и резервная, в которой производят нейрохирургические вмешательства, оборудована С-дугой, которая так же специалазирована и содержит программное обеспечение для вмешательств на сосудистой системе.

Имеющееся оборудование может обеспечить более чем на 3000 (три тысячи коронарографий и подобных им вмешательств в год) и это при том ,что численность жителей на Камчатке можно сказать последние время быстро  уменьшается?.

Даже при полноценном охвате населения Камчатского края, всеми плановыми и внеплановыми коронарографиями, не наберётся и 1500 таких вмешательств. Так эта цифра в 2019 году (в этом году выполнено наибольшее количество коронарографий с 2014 года) составила чуть более 900 вмешательств. Так зачем нам еще один ангиограф? Если на нём делать плановые коронарографии и плановые вмешательства на сосудистой системе сердца, то на летальность от сосудистых заболеваний это никак не повлияет, тогда зачем аппарат?

50 миллионов на оборудование и еще более 20 на перепаланировку помещений и ремонт – ведь под аппарат проектируется и строиться целая операционная???!!!!

Оппоненты могут приводить много доводов по поводу обоснования, зачем же нужен аппарат. Мы не будем раскрывать наши аргументы, по скольку сейчас УФАС занимается серьёзным расследованием, подозревая сговор заказчика (краевая больница) и поставщика (компания, которая «выиграла» конкурс и занимается поставкой ангиографической установки). Не исключено что во время этого расследования всплывут известные фамилии. А все дело в том, что техническое задание на оборудование составлено было таким образом, что под него попадал только 1 аппарат. А между тем на Российском рынке существует порядка 50 различных моделей ангиографических установок. И поставщик только один вышел на площадку аукциона. Это устроило краевую больницу вполне. Взмах палочкой, комиссия, подписи, аппарат едет в Петропавловск-Камчатский.

 А дальше возник вопрос? А Куда его «пихать» будем?

Только на операционный зал 60 квадратных метров нужно. Конечно в региональный сосудистый центр говорит министр и приказывает его там разместить. Но там же нет свободных площадей, все и так ютятся от комнатки к комнатке, пациенты не помещаются в палатах а врачи в ординаторских. Не беда, влезут, говорит министр. Давайте не будем торопиться – зачем этот ангиограф, ведь из за него только больше проблем всем будет, он совершенно на данном этапе не нужен, давайте купим более важное оборудование! – Так Москва решила, парирует Елена  Сорокина.

Ничего лучше не придумав, министр  Елена Сорокина одобряет план «разноса» реанимации сосудистого центра.