Цианиды в камчатских реках: как золотодобыча убивает полуостров

Камчатка

Камчатка – страна лосося – погибает от рук золотодобытчиков. Горнорудные компании, не соблюдающие законы и правила работы, отравляют нерестовые реки. Уходит рыба, зверье, а люди уже давно не могут пить воду из рек, отравлены даже ручьи и родники. Одна из таких компаний  — «Тревожное зарево» (Управляющая компания – английская Тrans-Siberian Gold (TSG), в отношении которой суды выписывали уже десятки штрафов за нарушения.  Но золотодобыча пока не останавливается. А рыба продолжает гибнуть.

Соляная кислота и цианиды вместо прозрачной воды и лосося – вот что теперь плавает в некоторых камчатских реках, например, в Асаче.  Эти яды образуются при обработке руды для добычи золота, а потом отходы производства просто сливаются в землю и реки. Камчатка уже вся изрыта золотодобывающими компаниями, и ряд из них уже давно на слуху – именно благодаря своим многочисленным нарушениям. У компании «Дальстрой» уже приостановили лицензию – после того, как полномочный представитель президента РФ на Дальнем Востоке Юрий Трутнев лично приехал на место добычи и ужаснулся, увидев ситуацию воочию. Другая компания, которая уже много лет нарушает законодательство, — «Тревожное зарево» — еще работает, однако ее деятельность уже много лет на острие внимания экологов, а в последнее время и СМИ, прокуратуры и следственных органов.

Ну а сейчас, в связи с катастрофой в Тихом океане у берегов Камчатки на Халактырском пляже, где из-за отравленной воды погибли тысячи морских животных, эта ситуация еще более обострилась. Экологи полагают, что море отравили реки, которые несут сюда свои загрязненные воды.  Сколько лет уже защитники природы на Камчатке бьют тревогу:  «Тревожное зарево» травит воду в реках, не стараясь, как положено,  очищать и обеззараживать отходы производства, рыба умирает, перестает заходить на нерест. Рыболовы уже давно кричат о том, что уловы падают. А охотоведы говорят, что из лесов уходят животные. Медведю нечего есть – рыбы в реках нет.

Посмотрим на цифры. Росприроднадзор уже сообщил результаты анализов проб воды на содержание загрязняющих веществ на Камчатке. Зафиксировано превышение железа, фенола и фосфат-иона. Фосфат-иона больше в 10,8 раз, железа общего в 6,7 раза, фенола общего в 2,9 раза, отмечают в Минприроды РФ. При этом в бухте Малая Лагерная содержание нефтепродуктов превышало норму в 7,3 раза, в бухте Бабия концентрация нефтяных углеводородов выше допустимого в 4,8 раза, фенолов — в 4,6 раза. Превышение всех этих вредных веществ зафиксировано в реках Халактырка и Таенка, в районе самого Халактырского пляжа превышение по фенолам составило 2,5 раза, по нефтепродуктам — 3,6 раза.

А вот, например, какие цифры – причем зафиксированные в ходе судебных процессов –характеризуют работу «Тревожного зарева»:«Отклонение от нормативов качества воды в ручье Семейный по количеству взвешенных веществ составляет: на станции №2 превышена норма в 9,78 раз, на станции №3 – в 10,22 раза. Отклонение от нормативов качества штольневых вод составляет: по количеству взвешенных веществ норма превышена в 11,56 раз, содержание иона аммония превышает норму в 3,84 раза». Стоит ли удивляться, глядя на такие факты нарушений «Тревожного зарева», что реки Камчатки умирают от ядов?

«Чтобы добыть рудное золото, приходится применять химию, обычно с применением цианидов. А это самые страшные яды. Цианирование применяют во всем мире. Это, видимо, самый дешевый метод, — поясняет Ольга Чернягина, ботаник, сотрудник КФ ТИГ ДВО РАН, основательница Лиги независимых экспертов. – В хвостах – отложениях выкопанного грунта — цианиды под лучами солнца разлагаются, иногда специально проводится аэрация. Проблемы могут возникать из-за  неправильно сделанного хвостохранилища, неверных расчетов.  Все ручьи стекают в реки, а все большие реки у нас рыбные. А внизу по течению стоят люди, которые эту рыбу ловят».

Николай Крапков, бывший директор АО «Асача», это охотпользовательское хозяйство на Асачинском участке, стал свидетелем умерщвления реки: «Там всегда была чистейшая вода. Мы из дома ходили туда рыбу ловить. Но в нескольких километрах от нас выше по реке работает «Тревожное зарево». Все отходы идут в реку. Постепенно за несколько лет она побелела, потом стала коричневой. Рыба ушла, медведь ушел из лесов. А ведь к нам в охотхозяйство приезжали люди, туристы, охотники. Нечего стало им показывать, более того, у нас не было воды, чтобы готовить пищу и пить. Сначала мы пытались брать воду из ручьев, потом выкопали колодец, но и там вся вода стухла».

Кстати, местные суды годами выписывали «Тревожному зареву» скромные штрафы по 10-15 тысяч рублей. Хотя экологические ведомства подавали в суды документы о том, что нанесенный «Тревожным заревом» ущерб природе – это миллионные убытки.  Это тоже неудивительно: у золотодобытчиков в прежнем руководстве края было сильное лобби, и суды делали так, как им предписывалось. Стоит отметить, между прочим, что бывший вице-губернатор и руководитель аппарата губернатора и правительства Камчатского края Алексей Войтов, который при губернаторе Илюхине и без того курировал этот бизнес, сейчас уже открыто работает в «Тревожном зареве».

Да, мы же еще не сказали вам о том, что «Тревожное зарево» вовсе не русский бизнес. Учредители компании —  англичане. Управляющая компания — Тrans-Siberian Gold (TSG), находится в Великобритании. Это тоже многое объясняет: земля не своя, не родная, к чему церемонии.

Конечно, то, что происходит, — вопиющее нарушения закона, но золотодобытчиков это не особенно беспокоит. Ведь они тут ненадолго – главное, вытащить из камчатских недр все золото, а потом хоть трава не расти. Золотодобытчики получают лицензию на 6 лет, в отличие от тех же рыбодобывающих предприятий, которые арендуют землю под свои заводы на 49 лет.

При этом золото – невосполнимый ресурс. После полностью разработанного месторождения оттуда остается только уйти – забросив все разрытые штольни, накопанные горы переработанного грунта – так называемые хвосты. И золота тут не так уж много. «Тревожное зарево» по итогам 2019 года «накопала» на Асачинском месторождении 1,4 тонны золота.

Золото в 2019 году стоило в среднем 1392 доллара за унцию, так что «Тревожное зарево» заработало примерно 62,7 млн долларов. А в первом полугодии 2020 года «Тревожное зарево» сократило свою чистую прибыль на 75 процентов. И это просто мизер по сравнению с тем, в каком масштабе компания повлияла на уничтожение почвы, леса, воды в реках. А ведь именно рыба, которая в итоге уходит из камчатских рек, является ресурсом восполнимым, и это самый ценный ресурс Камчатки. Кстати, еще и с точки зрения развития экономики. «Один рыбак в рыболовецкой компании дает еще 5 рабочих мест, это переработка, транспорт и так далее. А в золотодобыче — вахтовый метод, ни о каком развитии или создании рабочих мест нет речи», — подчеркивает Сергей Мылов, председатель Межрегиональных общественных организаций «Экологическая безопасность» и «Комиссия по противодействию коррупции». Сейчас, при новом руководстве Камчатки, есть попытки разобраться в нарушениях золотодобытчиков, губернатор Владимир Солодов не идет на компромиссы и намерен ликвидировать коррупционный момент в лоббировании интересов горнодобывающей отрасли на полуострове. Но делать это нужно быстрее, считают экологи. Ведь восстановить нанесенный ущерб будет непросто.

«Любые проекты золотодобычи должны быть согласованы с местным населением, должны быть подготовлены программы рекультивации земель. Потому что горнодобывающие компании добудут всю руду и уйдут отсюда. А говорить о добыче полезных ископаемых на Камчатке без контекста лососевого нельзя, Камчатка – страна лосося», — считает Юрий Кисляк, представитель WWF Россия на Камчатке.

Как напоминает Татьяна Михайлова, зампред камчатского отделения Русского географического общества, научный сотрудник лаборатории эколого-экономических исследований Камчатского филиала ФГБУН Тихоокеанского института географии ДВО РАН, еще с тех же 90-х годов основой экономики Камчатки была рыба. Однако отходы горнорудного производства забивают реки так, что эти экологические нарушения влияют на природу и через десятилетия. Например, добыча золота шла на реке Быстрой еще в 60-70е годы, потом работы закрыли, но и сейчас, через 40 с чем-то лет, река еще полностью не восстановилась, объем рыбы совсем другой. «Взвеси от сбросов воды должны оседать, но этого не происходит. В 2005-2006 годах был скандал – отходы не осаживались. Пытались осадить грязь даже с помощью ультразвуку, но не помогало», — отмечает Татьяна Михайлова. В итоге исчезают места нерестилищ, лосось идет только в чистую воду. А ведь Камчатка дает больше 30 процентов добычи рыбы в России!

Юрий Кисляк считает, что золотодобычу на Камчатке надо вообще остановить, лет на 10, и даже разведывательные работы. Потому что надо дать природе возможность вздохнуть и хоть как-то начать восстанавливаться. Иначе Камчатку можно просто убить!

Но пока, наоборот, аппетиты у золотодобытчиков только растут. Trans-Siberian Gold (TSG) с гордостью заявляет, что запустит работу на новых жилах, в частности, на 25-й жиле «Бумеранг». Компания прикрывается обещаниями «вложить в 2020 году в природоохранные мероприятия 82,5 млн рублей», сообщает пресс-служба компании. «Никаких этих вложений мы не видели, —  говорит Сергей Мылов.  – А вот ущерб длится годами. Мы вели фото и видеосъемки с вертолета. Кстати, нашим вылетам мешали, или же, узнавая о них, прикрывали свои нарушения досками, чтобы не было видно».  В СМИ ранее уже было опубликовано заключение экспертов Северо-Восточного территориального управления Росрыболовства, которые отмечали, что «Тревожное зарево» просто игнорирует запрет на сброс штольневых вод на своем Асачинском месторождении. В итоге ручьи Семейный, Иреда загрязнены.  Отходы должны отстаиваться в пруде-отстойнике и очищаться в хвосте, но этого компания не делает, ведь проще и дешевле просто сливать грязную воду с химикатами прямо в ручьи и реки. По данным заключения, еще в 2015 году замутненность воды в ручье Семейный в 119 раз превышала норму. Ну а старые  очистные сооружения уже давно не справляются  — их объем рассчитан на очистку сточных вод в 76 раз меньше того, что туда выливается.  И конечно, с новыми жилами «Тревожное зарево» не справится – а отравы в реках Камчатки станет еще больше.

В этом месяце Сергей Мылов направил очередные жалобы  — и губернатору края Солодову, и в Законодательное собрание, и в краевую прокуратуру, с надеждой, что и у компании «Тревожное зарево», как и у «Дальстроя», тоже приостановят деятельность, а в дальнейшем лишат лицензии на добычу полезных ископаемых за ее нарушения.  Кстати, недавно  Генпрокуратура России назвала Камчатку одним из 10 самых коррумпированных регионов России. Экологи надеются, что теперь власти края смогут поработать над тем, чтобы это «звание» снять.  А для этого надо принять жесткие меры в отношении золотодобытчиков-нарушителей и спасти рыбодобывающую промышленность Камчатки и природу края. На это еще есть совсем немного времени. Еще чуть-чуть, говорят защитники природы, и былую экологию Камчатки и объемы рыбы уже не восстановить.

Источник:http://gosnovosti.com/2020/10/%d1%86%d0%b8%d0%b0%d0%bd%d0%b8%d0%b4%d1%8b-%d0%b2-%d0%ba%d0%b0%d0%bc%d1%87%d0%b0%d1%82%d1%81%d0%ba%d0%b8%d1%85-%d1%80%d0%b5%d0%ba%d0%b0%d1%85-%d0%ba%d0%b0%d0%ba-%d0%b7%d0%be%d0%bb%d0%be%d1%82%d0%be/