Рустам Тарико

Персональный храм Виктора Золотова

Почти каждое российское силовое ведомство имеет собственный храм. Свои соборы есть у МВД, МЧС, ФСБ и подразделения ОМОН. C недавних пор такой появился и у Росгвардии. Его строили почти пять лет на деньги генералов, крупных инвесторов, друзей мэра, патриарха и бюджетников. 

Красный мрамор и стеклофибробетон

Зажатый между жилыми домами, спортивной площадкой, парковкой и детским садом, Князь-Владимирский храм с ярко-красной облицовкой и гранитной стелой выбивается из типовой застройки спальных районов Балашихи. Прихрамовая территория больше похожа на мемориальный комплекс: полукруг из белоснежных панелей напротив входа в собор рассказывает историю Росгвардии. Повествование занимает двенадцать стендов и берет начало с войск правопорядка в Российской империи (хотя ведомство в нынешнем виде было сформировано менее пяти лет назад). Панели из стеклофибробетона с барельефами военнослужащих внутренних войск разных эпох дополнены справочной информацией, набранной убористым белым шрифтом — разглядеть его можно только вблизи и при удачном освещении. 

Официального открытия храма еще не было, но с 2018 года по особым поводам тут проходят богослужения. Например, в январе здесь впервые прошли рождественская служба и крещенские купания. Купель была оборудована в нижнем храме, который работает, пока на других этажах идет стройка. Здесь же был установлен деревянный резной иконостас, специально созданный художниками мастерской при храме Алипия Печерского. Этажом выше — еще один иконостас, выполненный из двух видов мрамора: белого уральского и красного савойского. В остальном при строительстве использовались более современные материалы, которые позволяют сократить сроки и стоимость работ. Так, конструкции здания церкви выполнены из железобетона с кирпичным заполнением, а своды — из бетона на металлокаркасе. 

Сколько стоило строительство храма, не сообщалось. В разговоре с «МБХ медиа» архитектор проекта Александр Колосов затруднился с ответом на этот вопрос, поскольку смета и реальные расходы, по его словам, «имеют мало общего друг с другом». Процесс возведения таких зданий порой затягивается на годы, а пожертвования могут иметь разную форму — от покупки стройматериалов до физической помощи в выполнении тех или иных работ на объекте. Поэтому учесть это заранее в проектной документации невозможно.

По расценкам финансово-хозяйственного управления РПЦ, в 2015 году сооружение церкви аналогичного размера на 500 прихожан в среднем обходилось в 250-500 миллионов рублей. Для сравнения: на храм Вооруженных сил РФ в парке «‎Патриот» потратили больше шести миллиардов, часть из которых была выделена из бюджета Москвы.

По росинке от «‎Росинки»

В проект храма не вложили «‎ни одной бюджетной копейки», рассказывал на этапе закладки храма экс-заместитель главы Росгвардии Сергей Меликов. В ведомстве подчеркивают, что большой вклад в строительство внесли сами военнослужащие и члены их семей, проживающие здесь же рядом с церковью, в балашихинском микрорайоне Дзержинского. В официальном перечне жертвователей, опубликованном на сайте ведомства, всего несколько десятков имен. Среди них — директор Росгвардии Виктор Золотов, депутат и бывший вице-мэр Москвы Владимир Ресин, генеральный директор строительной компании  «‎КРОСТ» Алексей Добашин. 

Несмотря на то, что военнослужащие на «‎добровольно-принудительные» поборы во время строительства не жаловались, далеко не все указанные в списке жертвователи смогли подтвердить добровольность своего участия. В перечне, помимо меценатов, больше 50 бюджетных учреждений. В основном — местные школы, детские сады и центры дополнительного образования и творческого развития. Фамилии высокопоставленных генералов чередуются с подмосковными образовательными учреждениями «‎Радуга», «‎Росинка» и «‎Полянка». 

«‎МБХ медиа» отправило запросы сорока организациям из списка. В администрации пяти школ не смогли точно ответить, как проходили сборы средств на строительство храма. В детском саду «‎Светлячок» рассказали, что пожертвования сотрудников были коллективными и добровольными, а родители в этом не участвовали. Педагоги одной из школ на условиях анонимности рассказали, что пожертвования собирались по указке «‎сверху» от администрации города Балашиха — она тоже числится среди основных жертвователей храма Росгвардии. Увольнением никому не угрожали, но настоятельно советовали сдать деньги «‎на благое дело». Бывшая преподавательница одного из детских центров сообщила, что сборам предшествовала активная информационная рассылка по всем бюджетным учреждениям, а сдавали деньги все сотрудники, «‎под подпись».

Запрос «‎МБХ медиа» в администрацию Балашихи на момент выхода статьи остался без ответа. 

«‎Здесь красиво и дорожки хотя бы есть»

Возвести храм глава Росгвардии Золотов решил сразу после появления ведомства, в 2016 году. Решение согласовали с патриархом Кириллом, к концу года заложили первый камень и освятили крест. Одноглавую церковь на 500 человек назвали в честь великого князя Владимира, который считается официальным покровителем Росгвардии.

О том, кому принадлежит храм, можно догадаться и по цветовой палитре, выбранной для отделки комплекса. Сочетание цветов, как и мраморный иконостас, отсылает к официальной символике федеральной службы войск и «‎краповым беретам», объяснят задумку архитектор Александр Колосов. Для его архитектурно-конструкторского бюро этот храм не первый — ранее он участвовал в программе «200 храмов», которую курирует депутат Госдумы Владимир Ресин. В рамках этого сотрудничества он, к примеру, проектировал собор на территории Академии ФСБ.

Место для возведения храма Росгвардии выбрано неслучайно: рядом базируется отдельная дивизия оперативного назначения имени Дзержинского (ОДОН). В соседнем микрорайоне, носящем ту же фамилию, проживает большое количество военнослужащих и ветеранов внутренних войск МВД. По словам заведующего сектором по  взаимоотношениям с Росгвардией синодального отдела по взаимодействию с Вооруженными силами и правоохранительными органами Романа Богдасарова, военнослужащие и их родственники, предположительно, будут составлять основную часть прихожан. 

Сейчас на территории храма продолжаются отделочные работы. На заднем дворе стоят строительные бытовки, а рабочие периодически снуют через ворота на перекур — возле церкви они курить стесняются. Открыть церковь планируют к весне. «Как Бог даст», — говорит щурясь один из рабочих, доставая из кармана пачку сигарет.

Посетителей здесь пока немного — вокруг нарезает круги молодая женщина с коляской, одинокий пенсионер изучает расписание богослужений, висящее на железных воротах. «Здесь красиво и дорожки хотя бы есть. У нас везде они сугробами завалены, а тут убирают. Возле дома с коляской почти невозможно ходить», — говорит Екатерина, которая гуляет с маленькой дочкой у недостроенного храма каждый день. 

«‎Я не видел ни одного положительного комментария на этот счет ни в одной районной группе. Мне кажется, что это не совсем то, что способствует развитию патриотизма в стране», — считает Егор Казачков, проживающей в десяти минутах ходьбы от собора. По его словам, хоть в Балашихе и не хватает храмов, жители от такого соседства не в восторге. «‎Возможно, просто голоса недовольных звучат громче, и надо получше прислушаться», — добавляет он.

Истинный храмостроитель

Основной участник стройки (помимо учителей и других бюджетников) — проектно-строительная фирма «‎КРОСТ». Она выступила сразу в двух ролях: благотворителя и генерального подрядчика. Стеклофибробетон, из которого изготовлены кипенно-белые панно мемориального комплекса, лепные оконные наличники и дверные порталы храма и дома причта — повод для гордости концерна, владеющего несколькими бетонными заводами. Этот же материал активно используется и в других проектах компании: жилищном комплексе «‎Невский», Хорошевской гимназии, Ледяной пещере парка «Зарядье». «‎КРОСТ» на протяжении десятилетий является официальным застройщиком РПЦ, а его директор Алексей Добашин был награжден за деятельность «на благо России» медалью Сергия Радонежского. 

Только в рамках программы «‎200 храмов» компания построила четыре церкви, две из которых также связаны с силовыми структурами. Это храм Иверской иконы Божией Матери на территории Академии ФСБ на Мичуринском проспекте и храм в честь иконы Божией Матери «‎Державная» у Главного управления МВД. Кроме того, собор в честь Николая Чудотворца для российской сборной по волейболу в Анапе также возводил концерн — по поручению секретаря Совбеза Николая Патрушева, председателя наблюдательного совета Всероссийской федерации волейбола, экс-директора ФСБ и одного из близких друзей Владимира Путина. С самим президентом Добашин тоже знаком: в 2012 году бизнесмен выступал доверенным лицом в предвыборной кампании президента.

«Я совершенно убежден, что каждая церковь, собор, часовня покрывают невидимой защитой окружающие дома, улицы и всех живущих и находящихся в непосредственной близости. Светлые силы создают покров», — отвечал Добашин на вопрос о том, почему компания так заинтересована в строительстве церквей. 

Возможно, причина в другом. Добашин давно дружит с куратором программы «‎200 храмов» Владимиром Ресиным. 

Знакомы храмостроитель и депутат давно, еще с 1990-х. «Стараюсь перенять его умение идти на компромиссы, порой договариваться себе в убыток. […] А главное —  Ресин научил меня порядочности», —  объяснял Добашин слова своего учителя. По данным РБК, позже именно Ресин попросил генерального директора «‎КРОСТ» вложить в программу по строительству храмов в пешей доступности от дома около 350 миллионов рублей. Редакция направила вопросы в пресс-службу депутата Владимира Ресина и компании «КРОСТ» о том, во сколько обошлось строительство храма, и по какой причине генподрядчиком был выбран именно этот концерн.

Строительство храмов, знакомства и правильный политический вектор легли в основу успешного бизнеса. В 2018 году уже собственная компания Алексея Добашина «‎КРОСТ» вошла в число основных застройщиков по программе реновации Москвы, выиграв ряд тендеров на строительство и проектирование стартовых домов общей суммой более 57 миллиардов рублей. Объем проектируемого жилья в 2019 году составил 1 миллион квадратных метров.

Transparency International называла бывшего заместителя мэра Москвы Владимира Ресина ключевым разработчиком закона о реновации столицы. Советник Сергея Собянина, действующий депутат Госдумы на протяжении десятилетий курировал строительные вопросы города, имел личный кабинет в правительстве Москвы и дружеские отношения со многими концернами. «Мы знаем случаи, когда власти просят компанию о каком-то одолжении, а потом взамен обеспечивают им победу в каких-то крупных государственных тендерах», — объясняет генеральный директор Transparency International Илья Шуманов. 

Не церквями едиными

Интересы компании «КРОСТ» простираются далеко за границы программы реновации и строительства церквей. В 2020 году мэрия Москвы заключила крупнейший контракт на закупку бетонных бордюров общей стоимость 3,2 миллиарда рублей. Победителем тендера оказался ООО «Бетонный завод №222», который входит в концерн наряду с еще несколькими предприятиями. Кроме того, «КРОСТ» участвовал в возведении инфекционной больницы в Коммунарке, но сумма вознаграждения за эту услугу не озвучивалась. 

Реновация в Москве, как и программа «200 храмов», далеки от завершения. Но будущее партнерство выгодно не только мэрии, концерну «КРОСТ» и другим строителям. Журналист и религиовед Сергей Чапнин уверен, что государству выгодно смешение военных ритуалов с религиозными. 

«За последние двадцать лет РПЦ стала своего рода государственной корпорацией со своими собственными интересами и начала активно взаимодействовать с другими структурами. Функция по созданию убедительной картины мира, на которой строится новая идеология — это задача, которую государство само по себе выполнить не может. Ее и делает церковь: она приглашает священнослужителей, добавляет к военным ритуалам церковные. Это точка, где встречаются интересы церкви и государства».