Призраки «проклятой виллы» и А1 достали Георгия Беджамова

 Тверской районный суд Москвы до 24 марта наложил арест на одну из красивейших исторических вилл в итальянском Сорренто. Еще в 2019 году Высокий суд Англии установил ее связь с гражданской женой экс-владельца «Внешпромбанка» Георгия Беджамова, наложив арест на имущество Беджамова во всем мире. Это уже третий актив живущего в Лондоне банкира, арестованный российским судом и уже второй — по требованию правоохранителей.

Как стало известно журналу «Компания», в феврале Тверской суд Москвы наложил арест до 24 марта на Villa Nicolini, расположенную по адресам: 4, 6 и 10 на улице Капуччини в Сант-Аньелло, Италия. Компании «Базел Пропертиз Лимитед», которой принадлежит имение на полуострове Сорренто, запрещено им распоряжаться, а также заключать договоры купли-продажи, залога и иных сделок, предметом которых является отчуждение или обременение виллы.

Арест на виллу наложен в рамках уголовного дела по ст. 159 ч. 4 УК РФ о хищении денежных средств из «Внешпромбанка» в особо крупном размере. Банк России лишил ВПБ лицензии в 2016 году. По версии следствия, экс-владелец банка Георгий Беджамов вместе со своей сестрой, главой банка Ларисой Маркус, выдавал невозвратные кредиты аффилированным фиктивным компаниям и без ведома клиентов списывал деньги с их счетов. За растрату 113 млрд рублей Маркус приговорили к девяти годам колонии. Беджамов живет в Лондоне, его гражданская жена Алина Золотова с двумя их общими детьми — в Монако.

Согласно решению суда акции компании «Базел Пропертиз Лимитед», на которую записана Villa Nicolini, принадлежат Алине Золотовой. До 2012 года они принадлежали Беджамову, а потом, до заочного ареста банкира в 2016 году, — подконтрольным ему компаниям. Следствие полагает, что Беджамов переоформил акции на Золотову, чтобы скрыть имущество от ареста.

Как уже сообщал журнал «Компания», розыском активов Георгия Беджамова занимается инвесткомпания А1 (входит в «Альфа-Групп»). По контракту с АСВ она несет все расходы по розыску, а выручку от продажи найденной собственности разделит с кредиторами «Внешпромбанка».

Партнер и управляющий директор А1 Кирилл Бабаев подтвердил, что причастность Беджамова и Золотовой к Villa Nicolini установили АСВ и А1. «Виллу нашли среди банковских документов «Внешпромбанка», проверили и увидели документальное подтверждение, — сообщил он журналу «Компания». — «Базел Пропертиз Лимитед» зарегистрирована в Англии. В истории акционеров видно, что Георгий Беджамов был акционером, а когда против него возбудили уголовное дело, и он уехал из России, оформил акции на Алину».

Проклятие капуцинов

Сама Villa Nicolini, построенная на утесе с видом на Везувий и Неаполитанский залив, достойна отдельного описания как образец недвижимости, за которой охотились в первой половине нулевых русские миллиардеры в Сорренто. Это памятник архитектуры, одна из визитных карточек полуострова. Дом в стилистике Римской империи построил для скульптора Джованни Никколини в 20-х годах один из самых интересных архитекторов того времени Алессандро Лимонгелли. «Внутри холмистого мыса, на котором стоит здание, находятся древние морские пещеры, пруд с рыбами римской эпохи, к которому ведет лестница, высеченная в скалах и соединенная с морем», — пишет коллекционер старины Людовико Моска. В доме 54 комнаты разных форм с загадочными символами на стенах.

В середине ХХ века семья Николини продала виллу, и «дом с привидениями» 60 лет приходил в упадок. Георгий Беджамов, судя по сообщениям местных СМИ, купил Villa Nicolini в 2006 году. Портал Sorrento & Dintorini писал, что если первому хозяину дом обошелся в 36 тысяч лир, то русский миллиардер заплатил 5,4 млн евро лишь за то, чтобы вырвать его из рук другой охотницы за виллами — загадочной 23-летней москвички Камиллы Джанашия. Судя по сведениям из открытых источников в Италии, сегодняшняя цена виллы может превышать 15 млн евро.

Шестилетняя реставрация здания руками итальянских, немецких и французских мастеров наверняка обошлась еще дороже. Краткий отчет о работах есть на сайте Sorrento Architectural Engineering Company. В 2013 году The New Times писал, что теперь на вилле целая армия охранников, спа-салон и лифт к морю. Двигать мистическую статую Святого Франциска в саду, из-за которой, по легенде, умерла предыдущая хозяйка дома, Беджамов не решился. Но, как отмечала в 2016 году Positano News, «проклятие капуцинов», когда-то обитавших на этом мысе, все равно настигло банкира — в форме уголовного дела на родине.

Это уже третий дом банкира, арестованный российскими судьями при помощи А1. Осенью 2020 года Бабаев сообщил журналу «Компания», что они смогли арестовать особняк в Большом Златоустинском переулке в Москве кадастровой стоимостью 464 млн рублей. А1 удалось доказать в суде, что особняк через цепочку структур принадлежит Беджамову. А в феврале 2021 года Тверской районный суд Москвы арестовал дом банкира на 17 Belgrave Square и 17 Belgrave Mews West в Лондоне. «Уверен, что это не последний зарубежный актив Беджамова, мы будем продолжать поиски», — говорит Кирилл Бабаев.

Высокий суд Англии по иску «Внешпромбанка» заморозил активы Беджамова на $1,75 млрд в апреле 2019 года. Однако тот же суд разрешил ему продавать свою недвижимость — при условии, что выплаты поступят не в адрес его компаний.