Брэнсон выдал советскую разработку за собственный ракетоплан

Ракетоплан Unity, на котором Ричард Брэнсон слетал к верхним слоям атмосферы и успешно вернулся обратно, называют "выдающимся". Но мало кто знает, что эта идея родилась не в США, а в Советском Союзе.

ДНК ракетоплана

11 июля самолёт VSS Unity компании Virgin Galactic впервые совершил суборбитальный полёт с четырьмя пассажирами на борту. Одним из них стал владелец компании 70-летний Ричард Брэнсон. После успешного полёта прототипа любой желающий сможет прокатиться к верхним слоям атмосферы, заплатив примерно 250 тыс. долларов за один полёт.

Однако и сам ракетоплан, и самолёт-носитель давно вызывали у опытных специалистов массу вопросов. Тип крыла, выбранного для таких полётов, тип двигателя и общую аэродинамическую схему с двумя фюзеляжами прорабатывали ещё немецкие инженеры в первые годы Второй мировой войны. Но тогда о перевозке тяжёлых грузов или орбитальных самолётов и не думали — просто экспериментировали в надежде найти решению боевое применение. У советских инженеров, работавших над такими самолётами много лет спустя, задача была другой: в реактивную эру все думали о воздухе и космосе, и машины проектировали исключительно под масштабные воздушные и космические задачи.

Мастодонты

Первый двухфюзеляжный самолёт разрабатывали в КБ Туполева. Руководство страны поставило конструкторам задачу создать "сверхдальнюю грузовую систему", поскольку после завершения Великой Отечественной СССР могла ждать война с США, а для быстрой переброски грузов на территорию потенциального противника требовалось нечто совершенно особенное. К счастью, войны не случилось, и "непонятный" для "туполевцев" проект убрали в долгий ящик. Пылиться на задворках истории этому самолёту довелось недолго: уже в 60-х аналогичной машиной стали заниматься под руководством авиаконструктора Владимира Мясищева. С самого начала машина задумывалась как универсальный реактивный "тяжеловес", способный перевозить грузы, с которыми ни один другой самолёт не оторвался бы от земли.

Однако затем происходит неожиданное: Мясищева переводят на работу в ЦАГИ, а его КБ закрывают и все работы передают другому гению советской промышленности — ракетчику Владимиру Челомею. Он доводит часть проектов до серийного производства, но стратегические задачи "ракетчик" решает не так, как "авиаторы", поэтому некоторые машины получаются откровенно проблемными. После серии неудач Челомей едва не отправляется в лагеря, а работу над уникальными самолётами возвращают Мясищеву вместе с коллективом. И почти с ходу гений советской авиации пишет Брежневу: "Решение для доставки советских танков и грузов на порог к противнику есть, но оно вам не понравится".

Через две недели раздумий скептически настроенный Брежнев, вызвавший для консультаций министра авиационной промышленности, дал Мясищеву "зелёный свет" на работу над машиной. После нескольких лет напряжённой работы, к середине 70-х, проект самолёта М-3М2-2 был практически закончен. Это была массивная восьмидвигательная машина, по сути, состоявшая из двух бомбардировщиков 3М. Ещё на этапе эскизного проектирования Мясищеву пришла в голову главная идея проекта — кроме грузовых отсеков по центру фюзеляжа продумать крепления для ракеты с ядерной боеголовкой или космического корабля специального назначения.

Дорогой Леонид Ильич

Огромный самолёт был практически готов к производству, и по планам машина должна была совершить первый полёт в 1972–1973 годах. Но внезапно внешнеполитический курс СССР поменялся. В 1974 году Леонид Брежнев встретился с президентом США Фордом и в качестве жеста доброй воли приказал порезать на металл около трёх десятков ракетоносцев, разработанных в КБ Мясищева и давно принятых на вооружение.

Почти сразу после этого свернули работу и над уникальным "супертяжем", для которого не осталось ни денег, ни места. Брежнев посчитал, что милитаризму надо положить конец, и на космических военно-воздушных программах, пусть и ненадолго, поставили крест. Мясищев до последнего держал удар и мужественно продолжал работать над другими проектами, но в 1978 году нервы и здоровье не выдержали: легендарный авиаконструктор умер, а вместе с ним похоронили и проект уникального ракетоносца, способного доставлять "на порог" к противнику что угодно — от нескольких танков и батальона солдат до ядерной боеголовки.

А ещё через два года не стало и самого КБ. "Мясищевцев" снова передали в другое подчинение, на этот раз в НПО "Молния" — генеральному подрядчику государства по теме ракетной и космической техники. Когда новое руководство изучило, с чем придётся работать, то изумлению специалистов не было предела — самолёт Мясищева идеально вписывался в новую космическую концепцию СССР.

Потерянный борт и Ричард Брэнсон

К концу 70-х проект под шифром "Молния-1000" был готов. За основу нового носителя ракет и орбитальных челноков, прозванного за возможности "Гераклом", взяли уже известную схему образца 60-х — двухфюзеляжный самолёт с шестью двигателями, который мог поднимать до 500 тонн груза — вес пяти кораблей "Буран"! Для сравнения: Ан-225 "Мрия" — самый грузоподъёмный самолёт из всех, когда-либо существовавших, мог перевозить почти вдвое меньший груз. После того как новую машину "продули" в аэродинамической трубе, выяснилось, что "Геракл" ещё и на 20% эффективнее расходует топливо, а его крылья и планер могут дольше эксплуатироваться по прямому назначению и накапливать "усталость". Самолёт вполне мог пойти в серию, и в дальнейшем СССР мог бы продолжить производство "Буранов" без ракеты "Энергия", но грянули перестройка, развал Советского Союза и гласность, в которых не было места инженерам. В итоге уникальная машина так и осталась на чертежах буквально за пару лет до начала опытного производства.

В самой безумной версии этой машины разработчики планировали поставить восемнадцать (!!!) двигателей ТРДД Д-18Т — таких же, как на самолётах Ан-124 "Руслан" и Ан-225 "Мрия".

Скопировать "Геракла" пытались дважды. Первая попытка — американский двухфюзеляжный самолёт Stratolaunch, задуманный как площадка для пусков ракеты Pegasus XL. Коммерческая эксплуатация машины провалилась, а вот Пентагону самолёт приглянулся, и в 2021 году его испытания как "носителя гиперзвуковых летательных аппаратов" возобновятся. Вторая попытка заработать на советских решениях — самолёт-носитель VMS Eve, разработанный в компании Ричарда Брэнсона. Но от оригинального "Геракла" самолёт Брэнсона отличается так же, как комар отличается от птеродактиля. White Knight Two (так машина называется официально) значительно меньше, легче, может поднимать лишь до пяти тонн груза и рассчитан на непродолжительный полёт с "зависанием" на пять минут ради невесомости.

Впрочем, среди экспертов есть мнение, что WK2 создавался не для космических полётов, а для мгновенного обогащения Брэнсона. В отличие от СССР его компания хочет и уже заработала на (пока) единственном космическом полёте своего корабля. Как только самолёт приземлился обратно, акции Virgin Galactic взлетели на 28%. Почти моментально бизнесмен принял решение продать часть подорожавших бумаг и разом выручил за это 500 млн долларов, чем окупил разработку и постройку корабля и прилично заработал на безбедную старость. Насколько удачной окажется идея скопировать советский самолёт для выведения тяжёлых ракет и орбитальных боевых кораблей, покажет время.