Михаил Гуцериев свалил с барского плеча «Нефтис» брату

Контроль в компании получил Саит-Салам Гуцериев.

Как стало известно “Ъ”, попавший в июне под санкции ЕС бизнесмен Михаил Гуцериев передал контроль над своим вторым ключевым нефтяным активом — компанией «Нефтиса» — своему брату Саит-Саламу Гуцериеву. При этом Михаил Гуцериев остался миноритарным акционером. В середине июля «Русснефть» сообщила, что Михаил Гуцериев не имеет контроля в компании. По мнению юристов, пока неясно, будет ли ЕС оценивать сделку по «Нефтисе» в качестве попытки обхода санкций.

Как выяснил “Ъ”, «Нефтиса», ранее подконтрольная попавшему в июне под санкции ЕС Михаилу Гуцериеву, сменила основного бенефициара. Им стал брат бизнесмена — Саит-Салам Гуцериев, он же, по словам источников “Ъ” в нефтяной отрасли, сменил Михаила Гуцериева во главе совета директоров. В самой «Нефтисе» отказались от комментариев.

«Нефтиса» принадлежит кипрской Dolmer Enterprises Ltd, а та, по данным кипрского реестра,— кипрской Doneler Finance (75%) и Ramore Holdings (25%, бенефициар неизвестен) с Британских Виргинских островов. У Doneler — три конечных бенефициара: Саит-Салам Гуцериев (91%), а также Михаил Гуцериев и его сын Саид (совокупно 9%). Таким образом, Саит-Саламу Гуцериеву в «Нефтисе» теперь принадлежит около 68% через Doneler, а Михаилу Гуцериеву и его сыну — около 7%.

Михаил Гуцериев пытается снизить влияние санкций ЕС для компаний, где являлся акционером.
Так, например, «Русснефть» привлекла юридических консультантов, которые констатировали отсутствие у Михаила Гуцериева контроля над нефтекомпанией по нормам санкционного регулирования ЕС. Заключение было утверждено 13 июля советом директоров, куда также входят представители крупного акционера «Русснефти» и ее партнера — швейцарского трейдера Glencore.

У компаний Михаила Гуцериева после введения санкций возникли проблемы при продаже спотовых партий нефти. В конце июня Reuters писал о нежелании Total и Glencore покупать грузы у связанных с Михаилом Гуцериевым компаний, а ряд банков отказал в кредитовании поставок. В свою очередь, о готовности помочь трейдерам в кредитовании поставок нефти «Нефтисы» сообщил Сбербанк. По словам одного из собеседников “Ъ”, банк вынес такое решение, после того как изменилась акционерная структура «Нефтисы». Кроме того, Михаил Гуцериев также избавился от контроля в «Славкалии» в пользу Саит-Салама Гуцериева.

Контрагенты компаний, которые ранее контролировал Михаил Гуцериев, смогут безболезненно завершить сделки, которые были заключены до даты введения санкций, разъясняет руководитель юридической практики Grace Consulting Ltd Екатерина Орлова, но в части новых сделок ситуация неоднозначна.

По ее словам, дальнейшее сотрудничество с компаниями, из состава акционеров которых вышел Михаил Гуцериев, будет зависеть от того, как риск-менеджмент контрагентов толкует нормы санкционных ограничений, а главное — как их будет применять европейский и швейцарский регулятор (то есть и банки, через которые проходят сделки).

Основной вопрос заключается в том, будет ли расценена передача/продажа Михаилом Гуцериевым доли в подконтрольных компаниях в адрес родственников как действия, направленные на обход санкций, поясняет юрист. На этот счет в европейской юрисдикции однозначной позиции у юристов нет: кто-то считает, что даже при аффилированности лиц это не свидетельствует об однозначном действии в интересах друг друга, однако есть консервативная позиция, что члены семьи так или иначе признаются действующими в общих интересах. В данном случае также имеет значение решение Совета ЕС 642/CFSP от 15 октября 2012 года, в котором говорится, что косвенное предоставление средств в адрес санкционных лиц недопустимо. Будет ли являться взаимодействие с компаниями, подконтрольными аффилированным с Михаилом Гуцериевым лицам, косвенным предоставлением средств, в каждом конкретном случае решает регулятор, отмечает госпожа Орлова. Она также напоминает, что финансовое или кредитное учреждение должно незамедлительно информировать компетентные органы о зачислениях на замороженные счета санкционных лиц.