«Между страхом и смелым словом я всегда выбираю смелое слово»

«Между страхом и смелым словом я всегда выбираю смелое слово»

Тренер с Урала, уволенная за откровенные фото, — о жизни после скандала и иске в ЕСПЧ.

Бывший тренер по кикбоксингу детского центра «Максимум» из Магнитогорска Екатерина Конопенко, известная также как поэтесса Катя Ганеши, ожидает рассмотрения в Европейском суде по правам человека иска о восстановлении на работе. Два года назад ее уволили по требованию прокуратуры за откровенные фотографии, сделанные в начале 2000-х, которые без ее ведома выложили в интернет. В интервью Znak.com Екатерина рассказала, чего ожидает от этого процесса, почему решила идти до конца и чем сейчас занимается.

— Екатерина, расскажите, пожалуйста, почему решили обратиться в ЕСПЧ и на какой стадии сейчас рассмотрение вашего вопроса?

— Поскольку были нарушены мои права (8 и 10 статьи Конвенции по правам человека), то обращение в ЕСПЧ было закономерным. На данный момент документы поданы для первичного рассмотрения. Поэтому сейчас я нахожусь в стадии перманентного мысленного сопротивления.

— Какие судебные инстанции вы прошли в России? Когда было вынесено последнее решение?

— В соответствии с законом я обратилась в Правобережный суд Магнитогорска — суд первой инстанции. Далее была апелляционная инстанция. Затем иск рассматривали в кассационном суде и последнее рассмотрение в Верховном суде РФ. Последнее решение было принято 22 января 2021 года. То есть соблюдена, как и положено, почти математическая точность данного судебного официоза.

— Вы сказали, что юристы изначально говорили, что в нашей стране добиться решения в вашу пользу шансов нет. Почему?

— А как вы сами считаете — в данной стране законы работают так, как должны работать? В Верховном суде РФ был получен отказ при рассмотрении моего иска. Но Россия является членом Совета Европы и подписала Европейскую конвенцию по правам человека в 1996 году. Соответственно, следующая инстанция — ЕСПЧ. Конвенцию о защите прав человека и основных свобод никто не отменял.

— В прошлом году были внесены поправки в Конституцию РФ, которые провозгласили на территории России приоритет нашего права над решениями международных органов. Это означает, что решение ЕСПЧ может быть не исполнено. Вы готовы к такому развитию событий?

— Я готова к любому развитию событий, включая и тот вариант, который вы сейчас озвучили. Так уж получается: контроль, который сам выходит из-под контроля, обречен соблюдать хоть какой-то минимальный, но все же закономерно иллюзорный порядок.

— Вообще какова ваша главная цель — восстановиться на работе или добиться реабилитации какой-то для себя? Если восстановитесь, будете работать или уволитесь?

— Свобода творчества непослушного слова не требует принудительной реабилитации. В данном случае моя ситуация лишь гипериллюстрация к общей тенденции — «все и вся запрещать!». Поэтому защиту своего права на творческое самовыражение и полную свободу фото-лингвистических экспериментов считаю нужным продолжить.

— Давайте вспомним еще раз эту историю. Когда была сделана фотосессия, ставшая причиной вашего увольнения? Что вы и авторы фото хотели донести этими снимками? Кто и когда разместил их в соцсетях?

— В 2000-х годах был широко известен городской культурный проект «Эксперимент», который был создан «для поддержки выдающихся, но крайне спорных произведений в области искусства, литературы и философии». Это уже напрочь известное историческое (даже культовое!) явление. Проект тогда поддержали самые известные и уважаемые люди города Магнитогорска (включая кандидатов и докторов различных наук). В рамках проекта «Эксперимент» издавались поэтические книги, философские работы, в том числе концептуальные фотографии в стиле крюотического театра (Антонен Арто и Азсакра). Проект освещался и в местных, и в центральных СМИ. Это наиболее важная часть контркультурной истории города. Когда больше не было никаких доводов против меня как защитника центра помощи птицам, просто достали из проекта мои концептуальные фотографии и стали из авангардного искусства раздувать очередной «ой-ой-ой». Но меня тут же поддержало челябинское отделение «Союза российских писателей» через свое открытое письмо. В поддержку также выступила общероссийская газета «Литературная Россия».

 

Фотосессия, из-за которой Екатерину уволили с работыиз личного архива Екатерины Конопенко

— А как отнеслись к истории ваши близкие, друзья, ваши воспитанники, их родители? Почувствовали ли вы изменение отношения к себе с чьей-то стороны?

— Как крайне символическая фигура, я всегда избегаю любой бытовизации собственного образа. У меня нет мужа. Я достаточно свободна и независима, дабы попадать в липкие узы удручающей «семьи». Именно поэтому у меня столь большая поддержка. Родители воспитанников горой за меня! Но, разумеется, были и те, кто вдруг резко отошли, опасаясь всем известных производственных неприятностей…

— С кем-то из воспитанников, родителей общаетесь сейчас?

— Да, сохранились хорошие теплые отношения с родителями воспитанников. Интересуются, пишут, поддерживают. Дружеская поддержка работает без сбоя. Все же прекрасно понимают, что происходит на самом деле.

— Узнали, кто написал анонимку к то время уполномоченному по правам человека в Челябинской области Маргарите Павловой, с которой и начались проверки?

— На меня много черкалось анонимок. Полагаю, что и в будущем будут писать, здесь так принято. Слухи, сплетни, анонимки — вот и вся суть любого лживо-морального общества.

— Не жалеете сейчас, что приняли участие в той фотосессии?

— Для меня «жалеть» — значит, жалить, а не жаловаться. Как свободный субъект, независимый поэт, концептуальный артист, свободный перформер — я имею право выражать свое мнение в искусстве, которое сама же всегда непослушно и выбираю.

страница Екатерины в соцсети «ВКонтакте»

— Как вы считаете, почему вообще эта история случилась? Может быть, кому-то дорогу перешли?

— Об этой главной причине уже писали во всех газетах. Мы всегда непреклонно отстаивали единственный в городе легендарный центр помощи птицам. Мои работы в концептуальном искусстве Фото-Арт стали лишь формальной причиной для увольнения. Эта история была сознательно раздута городскими чиновниками до примитивного бытового абсурда.

— Существует ли этот центр сейчас? Как там обстоят дела?

— В городе центр называли «местом, куда прилетают птицы». Здесь их ежедневно кормили. Также в центр отовсюду приносили раненых птиц — мы их лечили и затем, выздоровевших, выпускали на волю. Ежедневная помощь осуществлялась более 20 лет. Центр давно стал городской легендой! Затем этот птичий приют был уничтожен. Часть раненых птиц выбросили на помойку. Но это не остановило нас. Мы продолжаем лечить, помогать, кормить птиц и по сей день, прямо на улице — перед закрытой дверью — вне какого-либо здания.

— С Маргаритой Павловой, которая дала старт этой истории, общались после всего? Если да, то какое она произвела впечатление? Зачем ей это было нужно?

— Нет, с бывшим омбудсменом Павловой мы больше не встречались. Меня в ее поведении ничего не удивляет. Павлова действовала как типичный услужливый российский чиновник, коих повсюду тьмы несметны…

страница Екатерины в соцсети «ВКонтакте»

— У вас на странице в соцсети много интересных фото. Вы имеете отношение к модельному бизнесу?

— Мое творчество — чисто эстетический бунт. Он всегда независим от бизнеса. Бывший член исполнительной власти правительства Индии, поэт Амита Пол сравнила мои хулиганские стихи с поэзией Бодлера и назвала меня лично самыми вздорными «Бантиками Зла». Это касается и поэзии, и кино, и работы как фото-актрисы в крюотическом театре (Антонен Арто и Азсакры). Между страхом и смелым словом — я всегда выбираю смелое слово.

— Чем сейчас занимаетесь? Где работаете? Тренировки по кикбоксингу продолжаете?

— Никаких тренировок, если тренер сам ловок. (Смеется.) Как боевая вздорная единица — я всегда в форме. Сейчас как самая скандальная индо-российская поэтесса, много публикуюсь на Востоке и Западе. Недавно была большая публикация в «Харю»! (Снова смеется.) То есть в Herri, при поддержке еще более шокирующего режиссера экспериментального кино Яна Керкхофа. По приглашению номинанта на Нобелевскую премию мира американской поэтессы Мэри Барнет заочно приняла участие в празднике американской поэзии при Академии американских поэтов в Нью-Йорке. Здесь же состоялся наш поэтический диалог с поэтом Джесси Дэмаресом о роли проклятых поэтов в развитии современной литературы. Также была очередная крупная публикация моей поэзии (в переводе на английский) в Индии по приглашению и при поддержке доктора Ампата Кошу.