Самое важное искусство для Эрнста не кино, а торговля

Гендиректор «Первого канала» оказался бенефициаром офшора, который участвует в грандиозном проекте по сносу советских кинотеатров в Москве и строительству на их месте торговых центров.

Десятки миллиардов рублей на эти цели предоставили российские госбанки

Константин Эрнст с детства мечтал о кино. Но по дороге к своей мечте в конце 1980-х он заглянул на телевидение. И с тех пор там и остался. 

За 30 лет Эрнст проделал путь от новатора российского телевидения и создателя культовых шоу до руководителя одного из главных пропагандистских каналов. 

Программа «Взгляд», где Эрнст начинал свою карьеру; культурологическая передача «Матадор», которую он вел на протяжении многих лет; спродюсированный им «Русский проект» — один из лучших примеров социальной рекламы — все это осталось в далеком прошлом. Первый канал сегодня — это шоу «Время покажет», где ведущий Артем Шейнин предлагает накормить гостя из ведра с надписью «Г**но»; это выдуманные новости из Украины, в том числе о якобы распятом украинскими военными мальчике в Славянске; это программа «Однако», где Михаил Леонтьев показывает сделанный в фотошопе снимок украинского истребителя, якобы сбивающего «Боинг» «Малазийских авиалиний». 

Производство этого «контента» финансируется, в частности, за наш счет. За последние пять лет Первый канал получил несколько субсидий из бюджета более чем на десять миллиардов рублей. При этом совокупный убыток канала за этот же период составил более девяти миллиардов рублей. 

Несмотря на плачевные финансовые показатели, акционеры Первого канала — прежде всего государство и люди из ближайшего окружения Владимира Путина — высоко ценят работу Константина Эрнста как генерального директора. Свою должность он бессменно занимает уже больше 20 лет. Ценит Эрнста и сам президент России: в начале этого года Путин наградил гендиректора Первого канала орденом «За заслуги перед отечеством» I степени «за большой вклад в развитие средств массовой информации и многолетнюю плодотворную деятельность».

Эти награды — публичное признание Кремлем заслуг одного из создателей телевизионного лица российской власти. Но эти награды ничто по сравнению с миллиардами рублей, которые государственные банки предоставили компаниям, связанным с главным государственным мифотворцем, — в том числе офшорной, с далеких Британских Виргинских островов. Юристы и партнеры гендиректора Первого канала тщательно скрывали эту часть его биографии и даже вынуждены были публично врать журналистам, чтобы защитить тайну своего влиятельного товарища. Видимо, потому, что пока офшор Эрнста получал на свой счет огромные средства, Первый канал рассказывал своей многомиллионной аудитории о том, что с офшорами нужно бороться, так как они — «угроза национальной безопасности», и что прежде всего нужно «свою страну обустраивать», а не выводить деньги за границу. 

РАЙСКИЕ ОСТРОВА — БРИТАНСКОЕ ПРАВО

7 февраля 2014 года на стадионе «Фишт» в Сочи состоялась церемония открытия зимних Олимпийских игр. По замыслу организаторов, главным из которых был Константин Эрнст, грандиозное шоу должно было показать место России в мировой культуре и истории. Но вышло все наоборот: Олимпиада и последовавшие за ней события привели не к единению России с остальным миром, а к беспрецедентной изоляции нашей страны. Ввод российской армии в Крым, война на Донбассе, глубокое падение рубля, международные санкции, рост цен и обнищание населения — все это последствия 2014 года. 

Но эти последствия коснулись не всех. Кто-то после Олимпиады в Сочи стал не просто богатым, а баснословно богатым человеком. В тот же день, когда над сочинским стадионом «Фишт» взрывался праздничный салют, за океаном, на Британских Виргинских островах, расположенных на северо-востоке Карибского моря, местные юристы зарегистрировали компанию Moscow Dvorik Ltd. А спустя восемь месяцев, в октябре 2014-го, Константин Эрнст стал единственным акционером другой компании с тех же Британских Виргинских островов — Haldis Corporation.  

Британские Виргинские острова в XV веке открыл Христофор Колумб. Сегодня это зависимая территория Великобритании. При численности населения чуть более 35 тысяч человек на островах зарегистрировано около миллиона офшорных фирм.        
Причина такой популярности Британских Виргинских островов среди бизнесменов не только в том, что зарегистрированные там компании освобождены от уплаты налогов, но и в корпоративном праве. 

«Российское корпоративное право остается мало приемлемым для осуществления международных инвестиционных сделок. Точно так же, как и российские суды не являются в глазах международного делового сообщества приемлемым инструментом для решения корпоративных споров в силу разных особенностей, которые мы не будем обсуждать в этом интервью», — говорит Владимир Гидирим, партнер венчурной инвестиционной компании The Garage Syndicate, автор пособия «Основы международного корпоративного налогообложения». 

Это преимущество особенно актуально для бизнесменов из России и других стран, где суды используются для рейдерских захватов предприятий и давления на их собственников с помощью уголовных дел. И как бы Первый канал Эрнста ни нахваливал российское государство в своих вечерних новостях и как бы ни критиковал офшоры, сам генеральный директор почему-то выбрал для регистрации своего бизнеса страну, подчиняющуюся британскому праву, а не праву российского «басманного суда» (устойчивое выражение для характеристики российской судебной системы, несправедливой и зависимой от исполнительной власти).    

Еще одно безусловное преимущество офшоров на Британских Виргинских островах — секретность: местный корпоративный реестр не раскрывает данные о владельцах компаний. Тогда каким образом мы узнали, что Константин Эрнст стал акционером офшора? 

«ДОКУМЕНТЫ ПАНДОРЫ» 
      
На протяжении последнего года журналисты «Важных историй» публиковали для вас десятки статей и видео, но одновременно с этим мы работали над одним из самых масштабных в истории мировой журналистики совместным расследованием. «Документы Пандоры» — так мы назвали этот проект. Мы — это более 600 репортеров из почти 120 стран мира: от Австралии до Исландии. Единственным участником проекта из России стали «Важные истории».

«Документы Пандоры» — это данные о владельцах офшорных компаний со всего света. Архив с этой информацией получил Международный консорциум журналистов-расследователей (ICIJ) от источника, чье имя не разглашается по соображениям безопасности. ICIJ объединил редакции всего мира для совместной работы над 12 миллионами документов общим объемом три терабайта. 

Архив содержит сведения об офшорах и секретных счетах политиков, чиновников и их родственников со всего мира — из США, Украины, Чехии, Великобритании, Франции, Италии и, конечно же, России. Наши чиновники, как обычно, оказались в числе лидеров по количеству офшоров, зарегистрированных на их имена. История о Константине Эрнсте — лишь одна из десятка других, найденных нами во время работы над «архивом Пандоры».

Мы нашли офшоры многих депутатов Госдумы, людей из близкого окружения Владимира Путина, родственников руководителей госкомпаний и чиновников. В общем, всех тех людей, которые с 2014 года приняли огромное количество безумных законов, например, об иностранных агентах, и не перестают пугать нас — через своих пропагандистов — заговором Запада против России, а сами прячут миллиарды рублей на своих офшорных счетах в тех самых западных странах. 

39 КИНОТЕАТРОВ  
 
В ноябре 2014 года, через месяц после того, как Константин Эрнст стал владельцем офшорной компании, мэрия Москвы провела один из самых крупных государственных аукционов того времени. Городские власти выставили на продажу 39 кинотеатров, расположенных в разных районах Москвы. 

«София» в Северном Измайлове, «Баку» в районе Аэропорт, «Витязь» в Конькове — эти и другие выставленные на продажу кинотеатры были построены в советские годы и на протяжении многих лет оставались, по сути, единственными центрами общественного притяжения в спальных районах Москвы. 

Здания кинотеатров находились в разном состоянии. Какие-то из них пришли в запустение и не представляли архитектурной ценности. Тем не менее, многие были дороги москвичам не только своими кинопоказами, но и внешним видом.   

«Если говорить о типовых кинотеатрах 1960–1970-х годов, то лишь в 1960-е большинство из них были действительно однотипными. А вот в 1970-х годах, конечно, появилось очень много интересных решений. Каждое из этих зданий имело какое-то интересное своеобразие за счет именно архитектурного решения и фасадов, стеклянных витражей, вывесок и, конечно, облицовки», — говорит старший научный сотрудник Музея Москвы и историк архитектуры Денис Ромодин. 

«Например, на мой взгляд, первое из уникальнейших сооружений 1970-х годов — это был авторский проект, нетиповой, кинотеатра „Баку“, — продолжает Ромодин. — Он был отделан азербайджанским песчаником, и там можно было увидеть все восточные элементы архитектуры. Кинотеатр „Ереван“ весь отделан в армянской стилистике. Там был армянский туф, надписи были сделаны на армянском языке. „Витязь“ в Беляеве был в красно-белой стилистике. Красный кирпич с белым камнем — это была такая имитация русского зодчества. Все эти кинотеатры имели свой яркий, выразительный облик, несмотря на единый конструктив». 

После того как власти Москвы выставили кинотеатры на продажу, жители нескольких районов начали протестовать, опасаясь, что исторические здания снесут, а на их месте построят торговые центры. 

Одним из тех, кто активно пытался не допустить сноса кинотеатра в своем районе, был муниципальный депутат Дмитрий Барановский. В его родном Северном Измайлове мэрия выставила на продажу кинотеатр «София». 

БОРЬБА ЗА «СОФИЮ»     

Мы встретились с Дмитрием Барановским вскоре после того, как Преображенский суд Москвы признал его виновным в подстрекательстве к нарушению санитарно-эпидемиологических норм из-за акции 23 января в поддержку Алексея Навального. Суд приговорил Барановского к полутора годам ограничения свободы. «За несколько дней до моего ареста был проведен обыск и у моих родителей, и у моего отца и деда. Причем обыск у меня дома так и не провели (я не знаю, почему), а обыск у моего деда 100-летнего, ветерана Великой Отечественной войны, провели», — смеясь, вспоминает Барановский о начале своего преследования. 

«ПОНЯТНО БЫЛО, ЧТО ТАКОЙ ЛОТ БЫЛ ОРГАНИЗОВАН ПОД КОНКРЕТНОГО КРУПНОГО ПОКУПАТЕЛЯ».

Дмитрий Барановский

«Я хочу объяснить, почему мы были изначально против сноса кинотеатра. Не только потому, что он был действующим объектом. Семь лет прошло с момента закрытия кинотеатра, и до сих пор не открыт новый торговый центр, — объясняет Барановский. — Но еще причина в том, что все-таки кинотеатр „София“ — это был символ района Северное Измайлово. Это как бы историческое и культурное наследие района. Фактически снесли кинотеатр, и район потерял это лицо».

С Барановским согласна историк Москвы и искусствовед Анастасия Соловьева: «Здание нашей бывшей „Софии“ — это великолепный образец советского модернизма. Ему были присущи все черты лучшего, что было в нашем советском модернизме. Это очень функциональная архитектура, грамотная, она прекрасно была поставлена в существующие условия, и было соблюдено ансамблевое звучание».  

Дмитрий Барановский обратился в Федеральную антимонопольную службу (ФАС) с жалобой на аукцион. По словам муниципального депутата, кинотеатры продавались по заниженной стоимости, а кроме того, закон запрещает приватизировать действующие объекты культуры.  

В 2014 году кинотеатр «София» был оценен в 930 миллионов рублей, хотя за год до этого в октябре 2013-го, когда власти Москвы безуспешно пытались продать пять из 39 кинотеатров, та же «София» оценивалась в 1,5 миллиарда рублей, то есть в 1,7 раза дороже. В целом кадастровая стоимость (она, как правило, гораздо ниже рыночной) всех 39 зданий и участков под ними была на тот момент около 23 миллиардов рублей. Мэрия Москвы назначила за кинотеатры начальную цену в 9,6 миллиарда рублей. И по этой минимальной цене, без всяких реальных торгов они и были проданы. 

Комиссия московского УФАС, которая рассматривала дело по заявлению Барановского, согласилась с тем, что в части определения цены кинотеатров и их приватизации могут быть нарушения законодательства. «Комиссия соглашается с заявителем и его представителями, что обжалуемые в упомянутой части действия ответчика могут нарушать действующее законодательство, однако нарушением именно антимонопольного законодательства они не являются», — говорилось в решении комиссии. На этом основании жалоба Дмитрия Барановского была отклонена. 

«Понятно было, что такой лот был организован под конкретного крупного покупателя. Таким покупателем оказался ADG Group», — считает Барановский.

«КРАСИВАЯ ИСТОРИЯ»  
      
Покупателем 39 кинотеатров стала компания «Эдисонэнерго». Она входит в холдинг ADG Group, который основали братья Михаил и Григорий Печерские в 2004 году. 

Григорий Печерский оценивал общий объем инвестиций в реконструкцию кинотеатров в 60 миллиардов рублей. Деньги на это в конце 2014 года предоставил государственный банк ВТБ. 

Учитывая большой объем финансирования и обстоятельства продажи кинотеатров, у многих на рынке возникло подозрение, что за этим проектом стоит кто-то влиятельный. В 2017 году журналисты газеты «Коммерсантъ» спросили об этом Григория Печерского напрямую: 

— На рынке циркулирует информация о том, что гендиректор Первого канала Константин Эрнст также имеет отношение к кинотеатральному проекту ADG…

— Это была бы очень красивая история. Но, увы, это не так, — ответил Печерский.

Но, судя по документам из «архива Пандоры», это так. 

«Эдисонэнерго» принадлежит компании с Кипра Dvorik Cyprus Ltd, которая, в свою очередь, принадлежит двум компаниям с Британских Виргинских островов: Xelio Invest (ее владельцев мы пока не знаем) и той самой Moscow Dvorik Ltd, которая была зарегистрирована в день открытия Олимпиады в Сочи. 

В ноябре 2014 года компания Эрнста Haldis Corporation стала самым крупным акционером Moscow Dvorik Ltd. Фирма гендиректора Первого канала приобрела почти 47 % акций. Деньги на это ему предоставил расположенный на Кипре RCB Bank — один из его основных акционеров все тот же российский государственный банк ВТБ. 

В конце декабря 2014 года банк предоставил офшорной компании Эрнста более 16 миллионов долларов (это почти миллиард рублей по курсу на то время) под залог ее же собственных акций. 

Участие Константина Эрнста в этом бизнесе тщательно скрывали не только его партнеры. После того как фирма Эрнста заложила свои акции, чтобы получить почти миллиард рублей от банка RCB, регистратор офшора был обязан отправить сведения об этом залоге в коммерческий реестр Британских Виргинских островов. Но юристы, обслуживавшие фирму Эрнста, видимо, опасались, что информация об офшоре гендиректора Первого канала может стать общедоступной. И поэтому один из них в начале 2015 года написал своим коллегам на Британских Виргинских островах: «Пожалуйста, не отправляйте информацию об акционерах в корпоративный реестр. Это условие финансирования, предоставленного банком RCB».  

ВСЕ ПОШЛО ПОД СНОС

На начальной стадии проекта владельцы ADG Group заявляли, что собираются реконструировать кинотеатры. «Миссия проекта — восстановить историческую функцию советских кинотеатров как центров жизни спальных районов Москвы», — говорил совладелец холдинга Григорий Печерский. 

Ему вторила и мэрия Москвы, называя продажу кинотеатров «принципиально новой для Москвы концепцией районных „центров притяжения“». Но в итоге старые советские кинотеатры были снесены, а на их месте построены (или будут построены) новые здания, которые по своему внешнему виду и наполнению очень напоминают типичные торговые центры. 

«Ну очевидно, что торговый центр… — говорит Дмитрий Барановский о здании, построенном на месте кинотеатра „София“. — Было изначально понятно, что будет строиться торговый центр, поскольку документами определяется процент площади, который может быть отведен под культурное заведение и под торговое. Для большинства кинотеатров были разные пропорции. У некоторых кинотеатров (как кинотеатр „София“) до 100 % — это торговые площади; в других кинотеатрах 30 % — это культурные площади». 

«Помимо того, что мы видим однотипную, неинтересную архитектуру на месте нашей прежней, она занимает гораздо больше места и в объемах, и в высоту. Она совершенно не соотносится с окружающей средой, с окружающей архитектурой. Она полностью разрушила вот этот замечательный модернистский ансамбль, уникальный, который находился у нас здесь в Северном Измайлове», — сокрушается историк Москвы и искусствовед Анастасия Соловьева. 

Здания, похожие на торговый центр «София», будут построены и на месте других бывших советских кинотеатров. «Большинство из этих построек имели все-таки яркий, индивидуальный фасад, мы пришли к более типовому решению, и в итоге, конечно, появились, по сути, два-три таких типовых проекта, которые заменили все эти кинотеатры», — говорит старший научный сотрудник Музея Москвы и историк архитектуры Денис Ромодин. 

Представители ADG Group отказались от интервью с «Важными историями». 

Константин Эрнст в свою очередь заявил ICIJ, что не совершал (и не планирует совершать) ничего незаконного, потому что «так его воспитали родители». Гендиректор Первого канала подтвердил, что имеет отношение к Moscow Dvorik и «никогда не делал из этого секрета». Эрнст при этом не стал пояснять, почему решил зарегистрировать компанию на Британских Виргинских островах; почему его партнер отрицал его участие в этом бизнесе; а также почему юристы требовали от регистратора офшора не отправлять сведения об акционерах в корпоративный реестр Британских Виргинских островов.

По словам Эрнста, этот проект не был компенсацией от властей за Олимпиаду в Сочи: «Мое вознаграждение за участие в церемонии открытия Олимпийских игр составило один рубль. Вы можете найти информацию об этом в официальных документах Организационного комитета». 

Отвечать на остальные вопросы Константин Эрнст отказался. «Не потому, что я чего-то боюсь, а только потому, что я более чем уверен: вы не независимая расследовательская компания, а организация, получающая указания от американских спецслужб. И это не имеет никакого отношения к независимой журналистике», — заявил гендиректор Первого канала.  

Ровно так же на вопросы журналистов пять лет назад отвечал Владимир Путин, когда было опубликовано «Панамское досье», в котором, помимо прочего, речь шла об офшорной империи с оборотом в миллиарды долларов его ближайшего друга Сергея Ролдугина. Публикация «Панамского досье» привела к отставкам чиновников в нескольких странах, а также к масштабным реформам мировой финансовой системы. И лишь российские власти обвинили авторов проекта в работе на американские спецслужбы.