Гендиректора «Национального радиотехнического бюро» чуть не развели силовики

Закончено дело о мошенничестве группировки бывших чекистов и прокуроров.

Как стало известно “Ъ”, СКР закончил расследование необычного уголовного дела о мошенничестве. По данным следствия, группа, состоявшая из сотрудников службы безопасности АО «Национальное радиотехническое бюро» (НРТБ), заместителя военного прокурора и бывшего работника ФСБ вымогала 100 млн руб. у руководства этой компании. За вознаграждение предполагаемые злоумышленники обещали добиться прекращения проверок, которые сами же и организовали.

Военное следственное управление СКР по Москве завершило расследование уголовного дела, возбужденного в отношении бывших заместителя генерального директора по безопасности АО НРТБ Александра Лежнева и его подчиненного Александра Золотых, экс-сотрудника ФСБ России Ивана Шумигая и заместителя прокурора 231-й военной прокуратуры Московского гарнизона Александра Вашурина. В зависимости от роли каждого они обвиняются в особо крупном мошенничестве, покушении на него, а также в превышении должностных полномочий (ст. 159, 30 и 159, а также ст. 286 УК РФ). По версии следствия, обвиняемые «намеревались путем обмана и злоупотребления доверием» похитить у руководителя АО НРТБ Виктора Приходько более 100 млн руб.

В материалах уголовного дела сообщается, что летом 2020 года сотрудник военной прокуратуры доставил в адрес АО НРТБ требование своего руководителя Александра Вашурина о предоставлении персональных данных сотрудников, информации и документов о деятельности компании в рамках гособоронзаказа. Встречные вопросы юристов о разъяснении заместителем прокурора Вашуриным своего требования были оставлены им без ответа. Вскоре Александр Лежнев сообщил директору, что с ним хочет встретиться и сообщить важную информацию, связанную с прокурорской проверкой, Иван Шумигай, которого он охарактеризовал как весьма влиятельного человека в ФСБ.

При встрече Иван Шумигай, назвавшийся руководителем центра правовых решений «Советник», рассказал бизнесмену, что ранее служил в органах госбезопасности, поэтому имеет богатый опыт посадок проворовавшихся военных и коммерсантов.

Отметив при этом, что по счастливой случайности он является братом жены прокурора Вашурина, Иван Шумигай сообщил, что работает в команде отставников контрразведки и может помочь решить проблемы с проверкой, которая, по его версии, финансируется конкурентами АО НРТБ.

Здесь следует отметить, что АО было создано в 2000 году для выполнения работ по обеспечению электромагнитной совместимости сотовых сетей стандарта GSM и навигационных систем государственной авиации. Клиентами НРТБ являются сотовые операторы «большой тройки» и региональные операторы, которым для получения разрешений на использование радиочастот необходимы проводимые компанией экспертизы на совместимость их радиоэлектронных средств с военными службами. Также НРТБ занимается разработкой решений в области развития сетей сотовой связи, цифрового телевидения и оптимизации использования радиочастотного ресурса. Разрабатывает системы обеспечения навигации и посадки беспилотных летательных аппаратов по заказу Минобороны. Выручка компании — 774,64 млн руб., чистая прибыль — 90,78 млн руб.

Более того, по данным следствия, Иван Шумигай сообщил, что Виктор Приходько и ряд его сотрудников давно находятся в оперативной разработке, которая вскоре завершится возбуждением уголовного дела и арестами. Для нейтрализации этой и других угроз Иван Шумигай, которого активно поддерживали сотрудники службы безопасности предприятия, ранее работавшие в ОБЭП, предложил заключить задним числом договор на юридическое сопровождение, чтобы, как он пояснил, придать «сотрудничеству» правовое обоснование. По нему за якобы оказанную помощь было выплачено 6 млн руб.

В свою очередь, прокурор Вашурин только обращением в компанию не ограничился. Направляя требования в различные государственные органы (интересно, что они, как и сами материалы прокурорской проверки, даже не регистрировались в надзорном ведомстве) — в военное представительство, ФСБ России и налоговые органы,— он инициировал проведение проверок АО НРТБ, а Иван Шумигай, убеждая господина Приходько, уверенного в законности и прозрачности своего бизнеса, что со дня на день за ним придут, оценил решение этого вопроса уже в 100 млн руб.

Роль Александра Лежнева как руководителя службы безопасности АО НРТБ, по версии следствия, заключалась в информировании других членов группы о характере действий господина Приходько, его психологическом состоянии и оказании на него давления «в целях формирования» его решения о необходимости срочно воспользоваться сценарием, предложенным Иваном Шумигаем.

Однако афера не была доведена до конца по независящим от ее участников обстоятельствам.

Господин Приходько, поняв, что стал жертвой мошенников, обратился с заявлением в Московскую городскую военную прокуратуру, и обвиняемые были задержаны сотрудниками СКР и ФСБ.

Сейчас под стражей содержатся обвиняемые Лежнев и Шумигай. Последний, по версии представителей господина Приходько, мог использовать средства, вырученные в результате аферы, для инвестиций в компанию «Праймдеталь», директором и совладельцем которой является. Фирма участвует в крупном проекте по поставке композитных корпусов для беспилотников Минобороны и выполняет другие работы по гособоронзаказу, осваивая значительные бюджетные средства. Даже находясь в СИЗО, отмечают процессуальные противники Ивана Шумигая, он продолжает руководить компанией, пытаясь заключить контракты на работы, выполняемые в интересах военного ведомства.

Военная прокуратура, согласившись с выводами следствия, утвердила обвинительное заключение, направив его в Московский гарнизонный военный суд. Однако тот из-за экс-прокурора передал дело в 235-й военный суд.

Известно, что фигуранты расследования свою вину не признают. Иван Шумигай, например, считает, что его могли подставить бывшие коллеги по службе, которых он, еще работая в органах госбезопасности, якобы уличал в неблаговидных поступках. В свою очередь, адвокат Александра Лежнева Артем Мартиросян сказал “Ъ”, что у него много вопросов в связи с этим расследованием, но комментировать он пока ничего не может, поскольку в противном случае нарушит требования адвокатской этики.