Конституционный суд изучит отрытый код

Права программиста дошли до КС.

Конституционный суд (КС) рассмотрит жалобу программиста Антона Мамичева, решившего оспорить отказ Санкт-Петербургского городского суда в уплате компенсации за нарушение его интеллектуальных прав швейцарской Veeam Software AG и ее дочерним ООО «Интервим». Господину Мамичеву отказали, ссылаясь на то, что он использовал для создания своего продукта исходно открытый код, а также некорректно заимствовал элементы других программ. Если КС удовлетворит требования, это может стать причиной изменений в Гражданском кодексе в пользу IT-специалистов, работающих с открытым кодом, считают юристы.

“Ъ” обнаружил, что КС 12 апреля принял к рассмотрению жалобу программиста Антона Мамичева на нарушение его интеллектуальных прав решением Санкт-Петербургского городского суда в рамках процесса в отношении швейцарской Veeam Software AG (основана россиянами Андреем Бароновым и Ратмиром Тимашевым) в 2020 году.

Господин Мамичев отстаивал интеллектуальные права на программу для разработчиков контента электронных курсов eLearning Metadata Manager, которые, по мнению истца, присвоил бывший работодатель — ООО «Интервим» и контролирующая его швейцарская Veeam Software AG.

Иск подан в 2018 году к ООО «Интервим» и Veeam Software AG, администратору домена, на котором размещена спорная программа, провайдеру хостинга Amazon Technologies Inc. и регистратору доменного имени GoDaddy.com. Всего господин Мамичев хотел взыскать 43,85 млн руб., но по ходу дела отказался от требований к Amazon Technologies Inc. и GoDaddy.com. Сумма в результате уменьшилась до 27,6 млн руб., из которых претензии на 23 млн руб. летом 2019 года удовлетворил Приморский городской суд Санкт-Петербурга.

Но городской суд Санкт-Петербурга в качестве апелляционной инстанции это решение отменил в январе 2020 года (см. “Ъ” от 27 января 2020 года). По мнению суда, программист при создании спорного ПО использовал сторонние библиотеки разработки, причем 2 из 14 — с нарушением условий лицензий, на которых распространяются открытые программы в них. Кроме того, заявитель не доказал право на использование ряда сервисов (NeoSpeech, iSpring), элементы которых присутствуют в конечном продукте, следует из материалов дала, с которыми ознакомился “Ъ”. Отсутствие права на составные объекты авторских прав, по мнению суда, аннулировало и собственное право заявителя.

После принятия жалобы КС проверит положения ст. 1260 ГК РФ (переводы, иные производные произведения), позволившие судам отказать в защите авторских прав на программу, созданную с использованием open source (открытого кода), со ссылкой на то, что правообладатель не доказал соблюдение условий использования такого ПО.

Господин Мамичев считает, что решение суда нарушает его право на судебную защиту, отмечает юрист бюро «Качкин и партнеры» Андрей Алексейчук, представляющий интересы истца. Он отмечает, что факт авторства в отношении спорной программы был установлен Приморским городским судом и не опровергнут вышестоящими инстанциями, а правообладатели использованного при ее создании ПО осведомлены о споре и не имеют претензий к господину Мамичеву. «Кроме того, подобная трактовка положений законодательства привела к освобождению от ответственности компании, недобросовестно использовавшей спорный софт»,— говорит он.

Законодательство в сфере IT и его применение в России сейчас активно формируется. В частности, спор идет вокруг разработанного Минцифры проекта постановления правительства об эксперименте по предоставлению прав на использование свободного софта, разработанного государством. Он не запущен, так как участники эксперимента опасаются, что разработчики начнут создавать ПО на государственном коде, а потом продавать его заказчикам (cм. “Ъ” от 28 марта). Вызвали вопросы и права государства на модифицированные версии софта.

Количество разбирательств и размеры сумм при спорах в сфере авторских прав постоянно растут, рассказывает гендиректор iPavlov Лоран Акопян. «Даже если ПО разработано исключительно на деньги работодателя, часто возникают спорные ситуации между компанией и ее разработчиками»,— говорит он. Нужны четкие правила, которые позволят всем сторонам заранее предусмотреть риски, связанные с правами на создаваемую интеллектуальную собственность.

Максут Шадаев, глава Минцифры, в интервью “Ъ” 20 апреля 2021 года:

«Это предмет серьезной дискуссии. Можно сделать минимальные изменения в open source решении, поставить на него свой логотип и оформить на него права. Есть экспертное мнение, что так был создан AlterOffice».

Сейчас совершенно не проработана практика по вопросам модификации ПО, подтверждает руководитель направления «Разрешение IT&IP-споров» юридической фирмы «Рустам Курмаев и партнеры» Ярослав Шицле. Из буквального толкования ст. 1271 ГК РФ (знак охраны авторского права) следует, что модификация кода приводит к созданию производного продукта, права на который принадлежат тому, кто внес изменения. То есть если предположить, что программист использовал открытый код, то любое его дополнение приводит к созданию нового объекта интеллектуальной собственности. Решение КС, по мнению юриста, будет иметь «огромное значение для развития судебной практики, которой в настоящий момент в стране, можно сказать, не существует».