Российским и украинским сотрудникам трудно ужиться в Playrix

Игорь Бухман, миллиардер и сооснователь Playrix, руководит тысячами сотрудников, часть из которых живет в России, а часть — на Украине. «Спецоперация» спровоцировала конфликт внутри компании.

«Началось»

Утром 24 февраля Игорь Бухман проснулся у себя дома в западном Лондоне из-за сообщения от менеджера одной из студий Playrix на Украине. «Началось», — говорилось в сообщении, за которым последовала фотография жены менеджера с дробовиком в руках и его дочери. Все они прятались в подвале от авиаударов.

Бухман включил телевизор. Повсюду говорили о «спецоперации»*. Он просмотрел новости в приложениях на телефоне. «Мы не верили, что это произойдет», — говорит Бухман, миллиардер российского происхождения. Тысячи его сотрудников работают над мобильными играми в России и на Украине. Пока он приходил в себя от потрясения, его команда на Украине принялась за дело.

Каналы в Slack, обычно заполненные болтовней, смешными мемами и новостями об играх компании, теперь бурлили разговорами об эвакуациях и пожертвованиях. «Мы не за всем можем уследить. Они отреагировали гораздо быстрее, чем мы, — говорит Бухман о 1500 сотрудниках, оказавшихся в центре событий. — Я знал об основных решениях и предоставил ресурсы, но я считал, что все закончится за несколько дней».

Уже скоро Игорь и его младший брат Дмитрий, которые вместе принимают решения в компании с 28-летней историей (совокупное состояние братьев превышает $16 млрд и было заработано благодаря играм вроде Fishdom и Gardenscapes), бродили по историческим улицам между своими квартирами в Кенсингтоне, богатом районе Лондона, и обдумывали план. «Мы небольшая компания, — говорит 40-летний Бухман. — Да, у нас внушительная выручка, но нас всего двое, а наши менеджеры работают над играми. У нас нет плана Б».

Спустя несколько часов после начала «спецоперации» братья отправили украинских сотрудников в оплачиваемый отпуск. За два дня они создали горячие линии, чтобы помочь сотрудникам с эвакуацией, а 48 часов спустя выплатили премии в размере месячной зарплаты всем 4000 работников, включая 1500 россиян. По словам Игоря Бухмана, эти выплаты помогли убедить персонал в стабильном положении компании и поддержали не только украинцев в центре событий, но и россиян, по которым ударило падение рубля.

Пока сотни сотрудников спасались бегством, в Slack разгорались ссоры. После того как несколько человек обменялись шутками, работник из Украины огрызнулся: «Вам тут все смешно… Вы же не проснулись в пять утра от взрыва».

Спустя несколько дней эти стычки превратились во «вспышки неконтролируемой ненависти между сотрудниками», говорит Бухман. Поначалу братья пытались положить конец «политическим» обсуждениям, а затем модераторы начали удалять посты о «спецоперации» и в конце концов полностью закрыли каналы в Slack. Некоторые сотрудники были в ярости, как минимум один уволился. «Мы никому не запрещаем публично выражать свое мнение. Мы просим только сохранить хотя бы несколько каналов для деловой коммуникации, — сказал Бухман в письме к сотрудникам. — Мы буквально под перекрестным обстрелом. Нам сложно принимать решения, но это необходимо».

Эвакуация бизнеса

Playrix и ее основатели-миллиардеры оказались в непростом положении, но они не одиноки. В последние годы многие предприниматели обратились к России и Украине за дешевой рабочей силой в области IT. Теперь их бизнес напоминает зону боевых действий. В 2020 году сервис Grammarly, который был основан двумя миллиардерами украинского происхождения Алексом Шевченко и Максом Литвиным и базируется в Сан-Франциско, открыл в Киеве офис на 128 рабочих мест. У Snapchat и Lyft там тоже есть офисы, а принадлежащая Amazon компания Ring работает более чем с тысячей подрядчиков из столицы Украины. У IPG Photonics, Ubisoft и Wargaming, разработчика игры World of Tanks, есть (или были) крупные подразделения в Москве.

Одновременно с этим десятки тысяч российских программистов — и те, кто против «спецоперации», и те, кто потерял возможность работать в России из-за санкций и внутренних интернет-ограничений, — перебрались в Армению, Грузию и Турцию. Бухман утверждает, что компания не планирует уходить из России, при этом, по его словам, Playrix уже помог 10% сотрудников выехать из страны.

Другие компании выбрали более жесткую позицию. Основанная в Праге компания JetBrains, которой руководят российские миллиардеры Сергей Дмитриев и Валентин Кипятков, в марте закрыла российские офисы. Сотрудники, которые не переедут в Чехию или другие страны, будут уволены. JetBrains не сообщает, скольких из 1900 сотрудников затронет это решение, однако в апреле прошлого года компания объявляла о расширении штата на 1000 рабочих мест в Санкт-Петербурге и об открытии офисов в Москве и Сибири.

Базирующаяся в Сан-Франциско нашумевшая площадка для обмена идеями Miro, которая в январе привлекла $400 млн при оценке в $17,5 млрд, также закрыла офис в России и уволила сотрудников, которые не стали переезжать. «IT-компании массово уходят из России, потому что оставаться в стране — это экономическое самоубийство, и это физически небезопасно», — говорит Михаил Мижинский, управляющий директор Relocode, лондонской компании, которая помогает российским компаниям обосноваться в Европе. 

Россия пытается остановить утечку мозгов с помощью новой налоговой льготы, которая на три года освобождает IT-компании и их работников от подоходного налога. Правительство также обещает, что технические специалисты будут освобождены от призыва в армию. Но по мере того, как санкции ужесточаются, а небо над Россией закрывается, этого, вероятно, становится недостаточно, чтобы убедить кого-либо остаться. 

«Спецоперация» лично затронула многих, например Николая Сторонского и Влада Яценко, миллиардеров и сооснователей британского онлайн-банка Revolut, который, согласно недавней оценке в $33 млрд, является одним из самых дорогостоящих стартапов мира. Отец Сторонского родился на Украине. Сам Николай вырос в России, но в возрасте 20 лет уехал. Сейчас ему 37 лет, и он гражданин Великобритании. Яценко, который негативно высказывался в адрес Владимира Путина в день начала «спецоперации», родом из украинского города Николаева.

«Для меня украинцы и россияне — одна семья», — написал Сторонский 1 марта в посте, который осуждал «спецоперацию», но не критиковал саму Россию. Благодаря его призывам клиенты банка пожертвовали $11 млн украинскому Красному Кресту. Revolut, у которого в начале конфликта было 50 сотрудников на Украине и несколько — в России, добавил еще $2 млн.

Между Вологдой и Дублином

В 2400 километрах от Киева неприметный офис Playrix в бизнес-парке в пригороде Дублина почти пуст, а на улицах ирландцы празднуют День святого Патрика. Бухман опускает шторы в переговорной, чтобы защититься от лучей солнца. «Некоторые из нас работают по российскому времени», — пожимает плечами он. 

Playrix позиционирует себя как международную, хотя и преимущественно русскоязычную компанию, с тех пор, как в 2013 году братья перевезли ее в безопасный (и выгодный с точки зрения налогов) Дублин. Теперь комфортный офис компании соседствует с фирмами вроде Microsoft Ireland. Целый мир отделяет его от комнаты в Вологде, небольшом российском городе в 480 километрах от Москвы, где братья Бухманы жили в детстве и где зародилась идея Playrix. 

По словам Игоря Бухмана, их отец, который получил ветеринарное образование, но работал охранником, и мать, которая занималась подбором персонала для одного из крупнейших работодателей города, завода по изготовлению шарикоподшипников, с трудом сводили концы с концами. «Мы не голодали, но к концу месяца денег не оставалось», — вспоминает Игорь.

Сын одной из немногочисленных еврейских семей в провинциальном городе, о котором даже россияне знают в основном благодаря одноименной советской поп-песне, Игорь Бухман чувствовал себя почти чужим. «В некотором смысле я не чувствовал себя россиянином, — говорит он. — Мне было сложно публично признать себя евреем, и хотя мы никогда не сталкивались с прямым антисемитизмом, родители и дедушки с бабушками учили нас осторожности».

Он занялся программированием в 2001 году, когда изучал прикладную математику в университете родного города, потому что преподаватель упомянул, что на разработке ПО можно заработать. Игорь привлек младшего брата Дмитрия, который еще учился в старших классах, к созданию игр и скрисейверов. Они работали на компьютере с процессором Pentium 100, который им подарил дедушка. «Конечно, у нас не было денег на собственный компьютер, — говорит он. — Когда мы начали зарабатывать, одной из наших первых покупок стал еще один компьютер, что удвоило нашу производительность».

В 2004 году братья зарегистрировали Playrix и начали нанимать разработчиков и художников из родного города. Компания перешла от простых головоломок для домашних компьютеров к социальным играм в Facebook (соцсеть признана в России экстремистской и запрещена) и бросила вызов популярной тогда игре Farmville от Zynga, а в 2009 году полностью переключилась на бесплатные приложения. Попутно они приобрели несколько независимых игровых студий на Украине.

Игры Playrix, такие как головоломка Homescapes и градостроительный симулятор Township, постоянно лидируют по числу скачиваний в рейтинге App Annie. Игры бесплатные, однако игроки платят в среднем $5 в месяц за «микротранзакции» стоимостью несколько долларов, чтобы разблокировать новые уровни или получить другие бонусы. Основная часть выручки Playrix в $2,7 млрд поступает от американских игроков, но игры также пользуются успехом и в Китае.

Микротранзакции позволяют братьям обходиться без внешних инвестиций. Они давно хотели уехать из родного города, но ситуация резко обострилась лет десять назад, когда к ним в офис пришла полиция с вопросами по поводу финансов. Оказалось, что братья купили землю у кого-то, кто не был настоящим владельцем. «Дело даже не в деньгах. Я потерял веру в систему и чувство безопасности», — говорит Игорь Бухман.

В 2016 году они с Дмитрием эмигрировали в Израиль. Позднее, в 2020 году, братья переехали в Лондон. Как и некоторые другие миллиардеры российского происхождения, они попросили Forbes указывать их как израильтян, а не россиян в рейтингах миллиардеров. В случаях, если участники рейтинга переехали давно, Forbes учитывал пожелания миллиардеров.

Расцвет Playrix пришелся на пандемию, когда выручка подскочила на 53% благодаря грамотному маркетингу, нацеленному на игроков, застрявших на карантине. Сейчас это четвертый по величине выручки разработчик мобильных игр в мире, который уступает только китайским Tencent, NetEase и Activision. С 2020 года совокупное состояние братьев Бухманов, которым принадлежит 96% компании, выросло более чем в два раза.

Однако годы стремительного роста в безопасном Дублине не могли подготовить их к нынешнему кризису. Обычно молодые и экономные IT-компании не тратят много времени на запасные геополитические планы. Тем не менее некоторые стартапы незаметно готовились к худшему.

В числе самых подготовленных оказались компании со связями в странах-участницах конфликта. Разработчик сайтов Wix со штаб-квартирой в Тель-Авиве в январе начал перевозить основных украинских сотрудников в Польшу. Когда в феврале напряжение стало расти, компания совершила беспрецедентный шаг и предложила оплатить всей 1000 сотрудников с Украины и их семьям временный переезд в Турцию. С началом «спецоперации» вереница автобусов, забронированных Wix, перевезла всех остальных в относительно безопасную западную Украину. Израильская платформа для фрилансеров Fiverr, зарегистрированная на Нью-Йоркской фондовой бирже, к концу января тоже разработала план, как эвакуировать киевских сотрудников с Украины или помочь тем, кто решит остаться.

У многих израильских стартапов тесные связи с Украиной благодаря десятилетиям еврейской эмиграции из бывшего Советского Союза. Их чрезвычайные планы были хорошо продуманы. «Скажем так, мы привыкли иметь план Б», — говорит Мэриан Коэн, CEO лоббистской группы Israeli High-Tech Association.

Не все компании были подготовлены так же хорошо, но некоторые быстро отреагировали. Топ-менеджеры Revolut сразу же публично осудили «спецоперацию», и компания взялась за дело, помогая эвакуировать сотрудников и блокируя российские счета. К середине марта она отменила комиссии за переводы на украинские счета и смягчила проверки для новых клиентов, которые, возможно, бежали из страны без паспортов или других важных документов. В течение недели после начала «спецоперации» Snap приостановил продажи рекламы в России, помог эвакуировать 300 сотрудников из Киева (многие из которых занимались разработкой ИИ-технологии в основе фильтров для селфи) и пожертвовал $15 млн на помощь Украине.

С начала «спецоперации» публичная позиция Бухманов значительно изменилась. Когда Дмитрий обратился к сотрудникам впервые после 24 февраля, он объявил, что Playrix «аполитична». Четыре дня спустя, когда братья объявили о дополнительных выплатах работникам, они назвали «спецоперацию» в публичном посте «огромной трагедией для всех, включая нашу компанию». Они призвали к прекращению «спецоперации» и стали одними из первых российских миллиардеров, высказавшихся против нее, написав, что «насилие никогда не может быть решением проблемы».

Очистка каналов в Slack, которая задумывалась как попытка восстановить мир, только усилила раздражение сотрудников. Для многих работников с Украины Slack был единственным способом контактировать с коллегами в России и Ирландии.

Один из продюсеров Playrix, который остался в родном Харькове, сказал, что его «трясло от ярости», когда компания удаляла посты украинских сотрудников. Позднее он покинул Playrix в знак протеста.

Другие сообщили, что готовы последовать его примеру. Одна из давних сотрудниц Playrix, которая решила остаться на Украине, говорит, что собирается уволиться, как только все закончится: «Позиция компании ясна: мы поможем вам уехать, но если кто-то хочет остаться, чтобы помогать или бороться за свою свободу, помощи не ждите».

Основатели признают, что сотрудники настаивают на более однозначной публичной позиции. «В соцсетях [Дмитрий] и я выразили поддержку Украине в тех выражениях, в которых могли, — написал Игорь в письме к сотрудникам 4 марта. — Однако в России у нас 16 офисов и 1500 сотрудников… Мы не можем сейчас открыто высказываться, поскольку несем ответственность перед нашими сотрудниками и их семьями».

Сейчас Playrix, похоже, больше уверена в своей позиции. 11 марта компания, которая раньше рекомендовала сотрудникам воздержаться от пожертвований украинским проектам и беспокоилась по поводу дополнительных выплат сотрудникам в зоне боевых действий, объявила, что по примеру Revolut пожертвует $500 000 украинскому Красному Кресту. Один канал в Slack был снова открыт, а правила смягчены.

Ситуация все еще далека от идеала. Игорь Бухман ожидает, что работники продолжат увольняться. Менеджеры даже ищут способы минимизировать взаимодействие между украинцами и носителями русского языка, включая самого Бухмана. Это не рецепт гармонии, но, пожалуй, о гармонии пока придется забыть. «Мы не сможем продолжать работать как раньше, — говорит Бухман. — Но я думаю, мы сможем продолжать работать на Украине».