Рустам Тарико

Тесак в три раза приумножил свои преступления

Признания Тесака всё изучают посмертно в материалах расследования против его сообщников.

14.07.2022
Оригинал этого материала
КоммерсантЪ

Три признания о совершенных убийствах и даже терактах из более чем десяти, сделанных перед смертью известным националистом Максимом Марцинкевичем (Тесак), нашли хотя бы частичное подтверждение в рамках расследования СКР. Об этом стало известно в ходе изучения материалов уже завершенного расследования преступлений на почве экстремизма, предположительно совершенных соратниками Тесака. Сам он посмертно предстанет перед судом по настоянию родственников, рассчитывающих доказать его невиновность.

По данным близких к следствию источников “Ъ”, в окончательном варианте обвинения СКР фигурантами громкого расследования о серии убийств националистами представителей других народностей в 2003–2007 годах стали 11 человек. Речь идет о задержанных в конце декабря 2020 года шестерых бывших соратниках Максима Марцинкевича — Андрее Кайле, Александре Лысенкове, Максиме Хотулеве, Павле Хрулеве, Алексее Гудилине и Семене Токмакове, которые сейчас находятся под арестом. Кроме того, обвиняемыми заочно стали сам Тесак и еще один из лидеров националистов Максим Базылев (Адольф), по данным СКР, покончившие с собой в 2020 году в СИЗО №3 Челябинска во время этапирования в Москву, а также в 2009 году в столичном ИВС на Петровке, 38 соответственно. Следователи предлагали, по некоторым данным, прекратить уголовное преследование покойных националистов в связи с их смертью.

И если в случае с Максимом Базылевым такое решение было принято его родными, то родственники Максима Марцинкевича оказались против. Как сообщил “Ъ” адвокат семьи Алексей Михальчик, отец погибшего категорически отказал следователю, и теперь его сын является обвиняемым посмертно.

Между тем официально расследование «большого дела» националистов еще продолжается. Формально из него выделили для ознакомления с материалами и передаче в суд дела только этих семи фигурантов. Однако, как рассказывал “Ъ”, также имеются ранее уже осужденные и этапированные в Москву из мест лишения свободы Сергей Маршаков и Максим Аристархов, которые, по некоторым данным, заключили досудебные соглашения о сотрудничестве. Также выделено в отдельное производство и дело сбежавшего на Украину знакомого Тесака Сергея Коротких (Малюта), одного из лидеров признанного экстремистским и запрещенного в России «Национал-социалистического общества» (НСО).

Между тем обвинения всем и живым, и уже мертвым националистам были предъявлены одинаковые — убийство двух и более лиц, совершенное группой лиц с особой жестокостью по мотивам политической, идеологической, расовой, национальной или религиозной ненависти или вражды (п. «а», «д», «ж», «л» ч. 2 ст. 105 УК РФ). Как рассказывал “Ъ”, само дело было возбуждено еще 6 сентября 2007 года после размещения в интернете видеозаписи убийства двух мужчин. Первому отрезали голову, а второго убили выстрелом в затылок. Одну из жертв, приехавшего в Москву на заработки уроженца Дагестана Шамиля Удаманова, родственники опознали по видеокадрам. Личность второй жертвы, предположительно, выходца из Средней Азии, так и не была установлена. В 2017 году расследование уголовного дела приостановили в «связи с неустановлением лиц, подлежащих привлечению в качестве обвиняемых». Однако в феврале 2020 года расследование возобновилось. Более того, к нему почти сразу были присоединены дела об обнаружении в августе того же года двух скелетов с признаками насильственной смерти и начатое 22 декабря 2003 года расследование о двух отрезанных головах в мусорных баках. В одном случае в Москве националисты казнили двух гостей столицы, после чего отправили в СМИ сообщения с требованием закрыть границы со среднеазиатскими республиками. Еще одно двойное убийство было совершено под Смоленском. Об общем количестве преступных эпизодов СКР пока не распространяется, а адвокаты обвиняемых пояснили, что изучили лишь часть собранных следствием материалов.

Интересно, что задержание основной массы националистов было произведено 22 декабря 2020 года — спустя ровно 17 лет после обнаружения отрезанных голов. Изначально фигуранты содержались в одном СИЗО, но позже руководство столичного ФСИН, очевидно опасаясь сговора или попытки массового суицида, «разбросало» их по четырем изоляторам. По некоторым данным, все, за исключением Семена Токмакова, «сожалеющего о содеянном» и дающего признательные, но довольно путанные показания, свою вину категорически отрицают. Адвокат Александр Тимошенко, защищающий обвиняемого в участии в убийстве двух мигрантов на даче под Смоленском Алексея Гудилина, заявил, что его доверитель настаивает: его там просто не было. Он ставит под сомнения найденные, по неподтвержденным данным, спустя чуть ли не 20 лет следы ДНК в старом сыром домике. А предсмертные признания Максима Марцинкевича он считает «смешными», так как, по его словам, опытный «сиделец» якобы неожиданно решил раскаяться, побоявшись, что о его «подвигах» станет известно ближе к концу срока, хотя должен был осознавать: это явно грозит ему пожизненным заключением. При этом он долго оставался свидетелем, а не обвиняемым, которому адвокат не обязателен. Интересно, что в своих жалобах на продление ареста, помимо утверждения об истечении сроков привлечения к ответственности, господин Гудилин также ссылался на то, что под стражей он «деградирует как личность».

При этом, по данным “Ъ”, всего Максим Марцинкевич успел написать целых 11 явок с повинной о различных преступлениях, из которых, правда, в уголовном дело подтверждение нашли только три.

Хотя в других фактически говорилось даже о терроризме — подрыве некоего офиса. Адвокат Михальчик считает, что признания у националиста выбили под пытками. Защитник уточнил, что в Челябинске по решению суда возобновлена доследственная проверка по факту смерти Марцинкевича в камере СИЗО. Как заявила “Ъ” известный судмедэксперт Елена Кучина, уже выносившая независимое заключение с сомнениями в суициде, новая экспертиза при эксгумации тела из могилы может еще дать ответы на спорные вопросы. При этом независимо от результата адвокаты ряда обвиняемых по делу уже заявили: их клиенты намерены просить о суде присяжных.